Чекистские фантазии. В это поверить нельзя, но и не поверить невозможно

У них основная цель – нажива, у нас – счастье всех людей.

– А как вы относитесь к частным предпринимателям? – мне самому стало интересно, как они все устроили в жизни людей.

– У нас предпринимателей назначают партийные комитеты. Предприниматели работают в интересах государства, увеличивая валютные запасы и получая повышенную зарплату, – как запрограммированный автоответчик говорила моя сопровождающая. – Это очень ответственная работа.

– И назначают на нее только членов партии? – задал я к месту свой вопрос.

– Естественно, – сказал автоответчик.

 – Как можно доверять не члену партии? Человек, не разделяющий наши идеи, не наш человек.

– Вот у вас девятнадцать миллионов членов партии. А остальные как? Их куда? Выселять за границу? – продолжали сыпаться мои вопросы.

– Никого никуда не надо выселять – с некоторым раздражением сказала Елена. – Все оставшиеся граждане России находятся под влиянием и контролем партии, и мы можем быть уверенными в том, что и им тоже привьются идеи нашей партии.

– А как называются ваши идеи? – какой же я буду экскурсант, если не буду задавать вопросы.

 – Есть коммунизм, социализм, корейское «чучхе», капитализм, империализм. А у вас как? Единизм, что ли? И члены партии ваши тогда должны называться единисты. Были коммунисты, демократы, яблочники, эспээсовцы, элдэпээровцы, зеленые. Их, как говорится, история проглотила. Остались только вы – единисты или единоличники?

Лена молчала. Она была просто пунцовая и вся кипела от возмущения, как будто я сказал что-то похабное вообще и конкретно в отношении нее.

Водитель повернулся ко мне и сказал:

– Мужик, ты чё над нами издеваешься? Я тебе врежу промеж глаз, и сразу поймешь, как называются наши члены партии. Я единист и горжусь этим. И взносы плачу исправно и ни одного партсобрания не пропустил. Заткнись и сиди как мышка. Такие языки, как у тебя, неприятности приносят.

– Витя, не надо, – сказала Лена. – Этот человек находится здесь по распоряжению лидера нации, и мы должны ему показать, как мы живем.

Он человек прошлого века и многих вещей не понимает.

– К нашим ребятам попадет, все поймет, – буркнул Витя и сосредоточился на вождении автомобиля.

Глава 14

Дальше мы ехали молча. Всю программу показа я им поломал. Что-то во всем было не так. Как будто специально для меня сделали декорации Москвы. Пустынные улицы. Неинтенсивное автомобильное движение. Это в Москве-то, которая плакала и рыдала от автомобильных пробок в начале двадцать первого века.