Личный поверенный товарища Дзержинского. Книги 1 – 5

– Как ВЧК? – только и мог вымолвить Борисов.

– А так, Александр Васильевич, – просто сказал я, – сначала принимайте нас, а потом я вам всё расскажу.

Полковник снимал небольшой домик с мансардой в пригороде и жил один. После того, как от него давно ушла жена, он не стремился к сближению с женщинами. Его хозяйство вела приходящая экономка, которая нанимала необходимых специалистов, но и сама была на все руки мастером.

Время было послеполуденное, и она собиралась уходить, но наше прибытие смешало все её планы.

Я не думаю, что у неё было слишком много планов на вечер, так как она с готовностью взялась организовать ужин «а ля рюс». Мария вызвалась помогать. Две женщины, одна из которых ни слова не говорила по-русски, а вторая по-французски, понимали друг друга, а в покупках чувствовалось влияние Марии, которая знала, что нужно для двух русских мужчин, собравшихся провести за столом вечер воспоминаний.

Мужчинам досталась техническая часть подготовки вечера. Нужно раздвинуть стол и вынести его в мансарду.

Затем передвинуть мебель, расставить стулья, раскочегарить медный самовар с множеством чётко оттиснутых медалей всемирных выставок.

За работой я рассказывал Александру Васильевичу о своих злоключениях после переворота, об уничтожении мною практически всего нашего небольшого архива, о тюремном заключении и интересе ко мне Дзержинского.

– Мне кажется, что они знают, чем мы занимались и им нужны каналы конфиденциальной связи с главами европейских государств, – сказал я, – с этой целью они выпустили меня, дали персональный мандат, чекистскую форму, приставили комиссара и разрешили выехать за границу.

Это всё неспроста. Комиссарша требует от меня отчёта, но мне кажется, что у неё есть способы связи с Дзержинским, потому что я ничего не обещал председателю ВЧК.

– Какие у вас с ней отношения? – спросил Борисов.

– Только деловые, – сказал я.

– Правильно, – одобрил полковник, – будет больно, если идеология заставит разойтись по разным баррикадам. Все наши деньги сгорели?

– Привёз почти все, – обрадовал я шефа.

– Я всегда был высокого мнения о вас, Дон Николаевич, – улыбнулся Борисов, – а вот и женщины нам машут рукой, пойдёмте за стол.

Первый тост был за встречу. Кальвадос шёл хорошо. Закуска не совсем русская, но близкая к ней, была хороша.

Тому, кто млеет от слова кальвадос, но никогда не пробовал его, скажу, что это простая яблочная водка. Яблоки киснут, бродят, получается брага или барда, которую и перегоняют в кальвадос.