Личный поверенный товарища Дзержинского. Книги 1 – 5

Её французский язык безупречен, и соседи уважительно называли её ММ – мадам Мария.

Мы с Марией достаточно активно работали по связи руководства России с правительствами государств Европы. Что было в передаваемых нами письмах, нам не известно. Курьеров вообще не посвящают в такие дела, но без нас этой связи бы не было. Я не говорю лично о нас, нас всё равно заменят более молодые, которые освоят эту работу и будут работать не хуже нас. Просто большевики начали понимать, что не всё подлежит разрушению. Для развития авиации, например, не нужно всех авиационных специалистов переводить в категорию врагов и расстреливать, лихорадочно ища тех, кто бы смог научить авиационных специалистов.

Нужно беречь то, что есть и двигаться дальше.

По каналам нелегальной связи мне передавали письма от моих родителей. Родители писали, что у них всё хорошо, что они скучают обо мне и хотели увидеть меня и Марию. Не всё было хорошо у них, потому что в письме присутствовало слово, которое не должно употребляться, если действительно всё хорошо и которое говорило о том, чтобы я не возвращался в Россию.

Родители не будут желать зла своему сыну и призывать его к себе, чтобы толкнуть в мясорубку большевизма.

Я, как и все нормальные люди, верил в то, что придёт время, когда красный террор и репрессии большевиков будут признаны геноцидом русского народа не Божьим судом, а судом живущих в России людей. Коммунистическая партия будет признана преступной организацией, в какие бы одежды она ни рядилась и как бы ни пыталась скрыть следы своих преступлений, и какие бы учебники по истории партии она ни писала.

И белый террор тоже будет осуждён, иначе нам никогда не достичь согласия людей на многострадальной земле России.

Глава 42

– Мария, как ты смотришь на то, чтобы мы с тобой пошли в мэрию и узаконили наши отношения, – спросил я свою гражданскую жену, – или пойдём в церковь, и батюшка обвенчает нас по всей православной форме?

– Давай подождём ещё немного, – говорила мне Мария, – не за горами мировая революция.

Как она свершится, так и мы объявим себя демобилизованными. А как будет отчество у наших детей – Донович и Доновна? Прямо как князь Гвидон звучит.

– Ты уверена, что будет мировая революция? – сомневался я. – Даже ваше руководство перестало говорить о мировой революции. Коминтерн – это не мировая революция. Коминтерн – это изгнанные из своих стран люди. Никому не нужна пролетарская революция.