Личный поверенный товарища Дзержинского. В пяти томах. Книги 4—5

– Это уже точно за мной, – подумал я, не делая даже попыток движения в их сторону.

Стоявший на берегу лодочник-Отелло поговорил о чем-то с погонщиком и призывно махнул мне рукой.

– Ну, это уже другое дело, – подумал я и подошёл.

Погонщик поприветствовал меня и предложил садиться на верблюда, который для этого опустился на песок. Седло-сиденье было неудобным, и я чуть не свалился с него, когда верблюд вставал на ноги.

Мой новый проводник что-то мне ещё говорил на арабском языке и улыбался, прижимая руку к груди, но я не понимал ни слова и отдался на волю времени древности, которое окружало меня со всех сторон.

К ночи мы подъехали к стоянке каравана. Стояли лёгкие шатры, это я так говорю возвышенно – а попросту навесы на палках, в центре горел костерок, на котором стоял большой чугунный казан, прикрытый деревянной крышкой. Похоже, что под крышкой булькала сурпа. Неподалёку сушилась шкура ещё сегодня живого барана, в сторонке человек с блестевшим в свете пламени ножом что-то готовил. От увиденного сами собой легли на память строчки:

По пустыне бредёт караван,

День за днём, день за днём,

На верёвке блеет баран

Белым днём.

Только солнце уйдёт на покой,

Для себя мы растянем шатры

И устроим невиданный той —

Похлебаем сурпы.

– Ассалам алейкум, агаи сарханьг (Желаем здравствовать, господин полковник), – приветствовал меня по-арабски караван-баши. – Тот, кто послал нас к вам, очень точен во всем, как и подобает королю, – он склонил голову и приложил руки к груди, выражая почтение.

Последние слова караван-баши произнёс на английском языке. Немудрено, арабский Восток негласно входил в сферу влияния Британской империи. Знание английского языка обеспечивало неплохие контакты, как с самими англичанами, так и с представителями стран, вынужденными использовать английский язык для общения.

Мне сразу вспомнился конвоец гетмана Скоропадского, жаловавшийся на то, что его ридну мову не признают нигде. И правильно делают, что не признают, потому что они сами с презрением относятся к языкам международного общения.

Есть английский, французский, немецкий, русский, китайский и арабский языки, которые объединяют всю массу населения земли. Это и есть языки межнационального общения, а всемерное развитие своего языка в ущерб межнациональному общению это попытка введения в мировую моду оселедца и турецких красных или зелёных шаровар с чикчирами или возвращения людей в первобытнообщинный строй, из которого они только недавно вышли.