В лабиринтах темного мира. Похождения полковника Северцева в трех томах

Все религии должны уравновешивать себя, потому что при нарушении равновесия начнется Апокалипсис, перед которым Всемирный потоп это детский уголок в парке водных аттракционов.

Это я говорю не только тебе, но и Петру. Дай ему знания, чтобы он усердие в вопросах веры не превращал в межрелигиозную рознь. Не гневите Отца нашего.

Я поднял голову и не увидел никого, только ощущался неуловимый запах ладана. Я посмотрел на Петра. Он тоже изумленно смотрел на меня.

– Ты все понял? – спросил я его.

Пётр утвердительно кивнул мне головой:

– Я не думал, что ты такой великий человек.

Учитель являлся только Марии из Магдалы и нам, когда мы оплакивали его. И еще тебе. На меня он даже не посмотрел, но говорил так, чтобы я прислушивался к тебе. Говори, что нужно делать.

– Поедем со мной в Рим, – сказал я, – будешь делать этот город христианской столицей мира.

Как всё просто. Да, так всё просто. Всё самое сложное является самым простым. Один древний исторический персонаж, кстати, проживавший в Риме, о самом сложном деле говорил просто – veni, vidi, vici (пришел, увидел, победил).

Что-то мне подсказывало, что именно апостол Пётр поможет мне выбраться в свое время. Как? Я не знаю, но что-то нужно было делать. Научного объяснения моего нахождения здесь нет. Следовательно, если нет научного объяснения, то нужно искать божественное. И я что-то нашел, хотя, снова уточню, я не видел явления ко мне Иисуса, только слышал его голос в своем сознании. Зато это все видел Пётр и подтвердил, что всё это было со мной.

Если бы он это не видел и не слышал, как бы он мог подтвердить то, что видел и чувствовал я? То-то и оно.

Официальные лица Иерусалима устроили для меня экскурсию по городу. А что там, собственно говоря, смотреть? В современном Иерусалиме еще что-то можно было смотреть, а пока Иерусалим всего лишь небольшой городишко без достопримечательностей. Это уже потом начнется антиримское восстание. Потом Рим снова вернет протекторат над Иерусалимом. Затем христиане потеснят иудеев, потом придут мусульмане, потеснят тех и других, а потом… Если хотите поподробнее, что было потом, то литературы по этому поводу написано очень много.

Я же собирался возвращаться в Рим и наносил прощальные визиты.

Пётр стал сотрудником моей туристической экспедиции, но для всех он был наёмным работником-проводником нашей группы. Он очень быстро сошелся со всеми слугами и рабами и стал у них комиссаром, призывающим стойко переносить все тяготы и лишения рабской жизни.