Скажи миру – «нет!»

Мы в засаде годами ждали,

Невзирая на снег и дождь.

Мы в воде ледяной не плачем

И в огне почти не горим:

Мы – охотники за удачей,

Птицей цвета ультрамарин!

Говорят, что за эти годы

Синей птицы пропал и след,

Что в анналах родной природы

Этой твари в помине нет,

Говорят, что в дальние страны

Подалась она навсегда!

Только мы заявляем прямо —

Это полная ерунда!

Синей птицы не стало меньше.

Просто в свете последних дней

Слишком много мужчин и женщин

Стали сдуру гонять за ней.

И пришлось ей стать осторожной,

Чтоб свободу свою спасти, —

И вот теперь почти невозможно

Повстречать ее на пути.

Стала пуганой птица-удача

И не верит чужим рукам…

Да и как же ей быть иначе?

Браконьеры и тут и там!

Отвернешься – она обманет,

И вот уже навсегда ушла…

И только небо тебя поманит

Синим взмахом ее крыла!

    Андрей Макаревич

* * *

Андрей Альхимович не ошибался, когда говорил, что не помнит в Мещере таких озер.

Мы, переправившись на другой берег, бросили лодки и настроились было снова на болота, но вместо этого местность резко пошла на подъем, болотная растительность сменилась плотными, кряжистыми дубами, стройными ясенями, можжевельником, и Наташка Мигачева вдруг удивленно сказала:

– Эй, это же Воробьевы горы!

Мы все остановились и заоглядывались. Больше половины из нас бывали в Москве, а кто не бывал – видел, конечно, фотографии и кино.

– Так мы что, в Москве? – удивленно спросил кто-то.

– Это точно Воробьевы горы, – уверенно сказала Наташка. – Вон там, – она вытянула смуглую руку, – университет стоит. Только тех озер, – она ткнула за спину, – в наших местах нет.

Мы притихли, снова и снова оглядываясь и привыкая к мысли, что в самом деле находимся там, где должна располагаться Москва. Если честно, сделать это оказалось нелегко.

– Ребята, – задумчиво подал голос Андрюшка Соколов, – а может, тут зазимуем? Я помню, где-то читал, тут есть пещеры…

– Есть, – подтвердил Вадим.

 – Карстовые, но в них не зазимуешь. Это просто дырки в земле… По-моему, отсюда надо держать южнее, тогда мы выйдем к Карпатам через Белоруссию.

– Придется переправляться через Десну, Днепр и Припять, – вспомнила Танюшка, наш образцовый географ, – а потом идти полесскими болотами.

– Ну, через реки все равно переправляться, – возразил Вадим. – А если брать в обход болот, то мы до ноября будем идти.

Мы разговаривали, уже продолжая идти.