Закон Одного. Фантастический роман

Само послание оказалось еще короче, чем только что завершившаяся встреча. Там была одна единственная фраза, похожая на сакральное пророчество.

«Еще одна загадка», – единственное, что пришло на ум после такого «пространного» сообщения.

После короткого размышления о содержании письма, что больше походило на записку, Илья решил дождаться возвращения Марины и пока не думать о происходящем. Он знал о космическом законе тройки, который в том числе действовал в момент принятия решения всегда только из трех позиций: утверждения, отрицания и нейтральной.

Каждый из семи основных энергетических центров в теле человека состоял из трех частей: двигательного, эмоционального и интеллектуального. Чтобы действовать теперь из сбалансированной нейтральной позиции, нужно было переместить ум в область сердечного центра, чтобы осмыслить чувствование и знание, для чего в ходе текущих событий была полезна женская интуиция.

Хотя отвлечься от назойливых размышлений удалось не сразу, мысли в какой-то момент унеслись в одно особенно запомнившееся лето в Санкт-Петербурге, в тот период, когда он жил там какое-то время.

Это была прекрасная, беззаботная пора, когда не было работы, а будни проходили в каком-то невиданном до того общении с миром. Воздух, которым дышалось тогда, наполнялся стихами, иногда пропитываясь алкоголем и сигаретным дымом под звуки гитары. Несмотря на то, что порой хотелось рыдать или кричать от безысходности, в груди часто появлялось ощущение свободы, выраженное в его стихах той поры:

«Взлететь – и словно птица

Покинуть землю мне бы.

Душа – капризная девица,

Земли ей мало, ей бы – в небо,

Туда, где быль земная – небыль,

От забот мирских умчаться.

Мне бы в розовое небо

На крылах души подняться.

Там, где быль земная – небыль,

Будет счастлива она.

От земли подняться мне бы,

Мне бы – в небе два крыла».

Дух могучий и безбрежный ликовал тогда, освобожденный от привязанностей, мнений, суждений и других бесчисленных шаблонных заблуждений, которые как трясина тянули за собой в бездонную пропасть ненасытного потребления.

Неизвестность манила и страшила одновременно. Но чувствовалось, будто кто-то невидимый и могущественный поддерживает и не дает увязнуть в мертвой трясине, не позволяет сгинуть среди бездушного холода, непрерывно производимого деструктивной системой.

Какая волшебная музыка звучала тогда в его сознании. Мелодия, похожая на перебор струн древнегреческой кифары, доносилась отовсюду.