Из варяг в небо

Ду ю спик инглишь? Шпрехен зи дойчь? Парле ву франсе? Понимаешь? Нет? Вот и я тебя не понимаю. Короче, ищи переводчика.

А лысый уже рассвирепел всерьёз. Лицо снова сменило цвет, теперь уже по колеру ближе к спелому помидору. Подскочив вплотную, он замахнулся и отвесил оглушительную пощечину. В голове загудело. Илья помотал ею, пытаясь избавиться от звона в ушах.

«Ну начинааается!» – подумал он, а вслух ответил, зло посмотрев на «собеседника»:

– Ну не понимаю я тебя, лысый дебил. Лучше пристрели, ей-богу, так проще будет и тебе и мне! – В другой ситуации Илья вряд ли стал бы грубить.

Но чего уж теперь-то? Терять более нечего, окромя собственных цепей, в данном случае стальных хомутов.

Мужик ещё что-то угрожающе промычал, похоже, последний раз предлагая заговорить по-хорошему. На что получил в ответ вполне ожидаемое:

– Да пошел ты… дятел!

Лысый молчал, продолжая сверлить злобным взглядом Илюху, наверно, наконец-таки дошло, что дальше так общаться это дохлый номер. Поразмышляв с минуту, мужик закатил глаза, как будто под сводами собственного лысого черепа пытался найти ответ на интересующие его вопросы.

А ещё через пару минут с тихим шелестом незаметная глазу дверь скользнула вбок, и в комнату вошёл другой персонаж, не менее колоритный, чем первый. Ростом весьма так поболее, этак на метр восемьдесят потянет, да и сложением серьёзно покрепче. Одет он был однотипно с первым и… не менее лысый. Разница заключалась в том, что, в отличие от первого, голова вошедшего (в том числе и лицо), шея, а может, и ниже (под комбезом не видно), были покрыты разноцветными татуировками. Плюс что-то вроде кейса в правой руке.

«Кажись, местный палач пожаловал», – отрешённо подумал Илья, но нет. Разноцветный открыл кейс и извлек оттуда какую-то приспособу, как оказалось, ручной инъектор. Инъектор ткнулся в плечо, коротко пшикнув. Через пару секунд Илюха почувствовал, что по телу разливается приятная истома. Колено перестало дёргать, боль практически прошла, стало как-то хорошо и радостно, захотелось говорить.

При этом он всё прекрасно продолжал понимать, как такового одурманивания не было.

Цветной лысый кивнул просто лысому, мол, всё в порядке, можно начинать. И тот затараторил, обращаясь к Илье. В полной уверенности, что уж сейчас-то он точно должен выболтать все тайны мира. Илюха тоже был совсем не против, он и раньше не отказывался отвечать, а уж теперь, под местным аналогом сыворотки правды, и тем более. Знать бы ещё, как им ответить.