Вернуться, чтобы исчезнуть

Ну, в самом деле! Мало того, что драку на корабле устроили, так еще и место для этого выбрали соответствующее. На камбузе возню затеяли. А у меня там лук на плите пассеруется, вот я и…

– Так это ты их разукрасила?

– Прости, капитан. Готова понести наказание, но на камбузе я хозяйка.

Меня разбирает смех. Он просто душит. То-то ребята такие притихшие. Вот что значит разозлить русскую бабу! Она не только слона на лету остановит, она еще хобот ему оторвет и в другое место вставит. Даже я бы не осмелился сунуться в святая святых кухни, когда там хозяйничает женщина, особенно такая, как наша повариха.

М-да-а, тяжела рука у тетки, обоим люлей выдала. Рядом со мной по переборке, одной рукой держась за живот, а второй вытирая выступившие от хохота слезы, сползает Полозова. Иваныч просто глазами лупает. Он в машине был и не совсем понимает, что произошло.

– Да нет, Ефимовна, – немного проржавшись, отвечаю, – правильно сделала. Я не об этом хотел поговорить.

– А я думала, кто-то уже наябедничал… – успокаивается женщина.

– Не успели пока. У нас есть проблемы, посерьезней этих двух великовозрастных оболтусов.

– ?..

– В Бонар мы уже не попадаем, там нас встречают, а значит, с продуктами беда. Ты можешь мне сказать, насколько нам старого запаса хватит?

– Это плохо. – Женщина сразу переключается на деловой лад. – Сейчас на борту сорок два человека.

– Я гном, а не человек! – Рыжий вскидывается, сверкая «фонарем», уже сменившим цветовую гамму с зеленого на фиолетовый.

– Нам же проще, – делая серьезное лицо, отвечаю щепетильному представителю подгорного племени, – одним ртом меньше.

– Не понял. Как это одним ртом меньше? Почему?

– Ну, раз ты не человек, значит, кормить тебя не вижу смысла.

– Так это… да как же…

– Жак, у нас на судне нет разделения по видовому признаку. Сейчас мы одна команда, нравится тебе это или нет. Если ты хочешь быть обособленным, тогда берег там. – Я показываю пальцем в нужном направлении.

– Я просто… – не находится тот с ответом.

– Так и я ничего не усложняю. У нас тоже все просто до безобразия. Если ты с нами, значит, ты один из нас, со всеми вытекающими. А ежели нет, в какую сторону плыть, я уже показал. Ефимовна, продолжай.

– Ты, Женечка, не обижайся на меня, – тут же сменила гнев на милость женщина. – Я обидеть не хотела. Просто не привыкла делить… э-э-э… разумных на людей и не людей. Для меня вы все одинаковые и все свои. Я ж не со зла.