Моздокская крепость

Составители обоза попробовали было завербовать нужного специалиста среди дипломированных представителей медицинской гильдии. Да только учёного врачевателя в цитадели, согласного по доброй воле ехать в неведомое дикое урочище, строить крепость на пустом месте и налаживать быт с нуля, что-то всё не находилось.

Но тут неожиданно свои услуги предложила организаторам экспедиции Степанида… И её охотно включили в состав формирующегося переселенческого обоза.

Женщина быстро и недорого продала свой двухэтажный дом. И нагрузив горой целых четыре телеги специфическим аптекарским и лекарским скарбом, навсегда покинула Кизлярскую крепость…

Всё имущество Степаниды состояло, кроме этих добротных повозок и лошадей, главным образом, из множества разных склянок, бутылей и сосудов с порошками, готовыми мазями и целительными настойками.

Хрупкая тара покоилась на мягкой подушке из сена, была бережно укутана в тряпки, подготовлена к долгой и тряской дороге.

Степанида привезла с собой в урочище Мез-догу тяжеленный и объёмный тигель, чувствительные аптекарские весы, медицинский инструментарий и даже фарфоровую и бронзовую посуду… В общем, всё самое необходимое для врачебной практики на новом месте и изготовления лекарств на основе местных трав.

***

– Куда же я подевала этот штоф? – женщина ещё раз обвела с досадой внимательным взглядом, батарею разнокалиберных бутылок и пузырьков на дощатом столе без скатерти, вплотную придвинутом к маленькому окошку.

– Не сия ли склянка вам нужна, тётя Степанида? – в гибкой кареглазой красавице, появившейся в дверном проёме, с трудом угадывалась испуганная, дрожащая девочка, непонятно откуда появившаяся посреди степи два с лишним года назад, на пути у переселенческого обоза… Однако, это была именно она.

В руках девушка держала четырёхгранную бутылку тёмно-зелёного стекла.

За прошедшее с памятного лета время, угловатый и нескладный подросток в изодранном платье с чужого плеча, едва не подстреленный в кустах дозорным казаком Сапроновым, вытянулся и сильно изменился.

Бывшая безгласная девочка-замарашка из гадкого утёнка превратилась в довольно симпатичное создание.

И сейчас на пороге стояла несмело улыбающаяся брюнетка… С тугою косой, лежащей на вздымавшейся в ритм дыханию, уже вполне оформившейся под глухим, закрытым платьем, женской груди.

Степанида, которой поручили заботиться об этой, показавшейся тогда многим переселенцам немой девчонке, нарекла юную незнакомку Настей, для удобства общения.