Муха на стекле 1

Поначалу это казалось почти невыполнимой задачей!

В первое время, на одно получившееся управляемое видение у меня приходилось не менее сотни неудачных попыток… Другой бы давно забросил столь изнуряющее психику занятие! Но я, с фанатичным упрямством, медленно приоткрывал тяжёлую дверь в неведомое…

Постепенно погружаться в управляемые галлюцинации стало получаться чаще. И находится в этом удивительном состоянии – всё дольше… Уже не десяток секунд или несколько минут, а целые часы! По крайней мере, моему сознанию так казалось во сне и после пробуждения.

Месяц за месяцем, год за годом, я упорно учился быть полноправным хозяином собственных ночных иллюзий…

***

Примерно, с семнадцати лет жизнь для меня окончательно разделилась на две половины. В дневной её части, я был обычным, ничем, особо не примечательным, юношей. Заканчивал среднюю школу, потом учился в колледже. Встречался с девушками иногда, ходил на дискотеки, развлекался с друзьями…

Но зато вечером, едва я закрывал глаза, настраиваясь на управляемое сновидение, для меня начиналась совсем другая жизнь! И ещё неизвестно, какая из этих двух половинок бытия была более интересной и манящей.

Я постепенно стал проживать как бы две разные жизни одновременно… И никто, даже самые близкие люди, об этом не догадывались!

Своеобразным побочным эффектом подобного существования стало возникающее у меня иногда внезапное чувство недопонимания – где я нахожусь в конкретную минуту, наяву или во сне? К счастью, это паническое ощущение накрывало сознание не слишком часто… Да и я быстро придумал способ точно определять истину.

Выручила обыкновенная монетка – из той мелочи, что всегда найдётся в кармане. Когда я начинал сомневаться, не во сне ли нахожусь, то просто подбрасывал денежку вверх… И уставившись на неё пристальным взглядом усилием воли пытался заставить монетку повиснуть в воздухе.

Если та замирала на уровне моего лица, поблёскивая и плавно покачиваясь, вопреки всем законам физики – это был точно сон!

Я продолжал много и жадно читать специальную литературу по столь интересующей меня теме… И в семнадцать лет сформировал, наконец, собственное разумное объяснение происходящему со мной в осознанных галлюцинациях.