Муха на стекле 2

– Итак, друзья, – подвёл итог сказанному грузный "Оборотень". – Кто отвечает всем прозвучавшим требованиям, и готов добровольно рискнуть здоровьем, за наше правое дело, – голосуем!

И первый поднял свою здоровую пятерню к звёздному куполу. Вслед за ним вскинули руки "Сбитый лётчик" и "Вася ШАМАН…"

– Я так и знал! – обиженным, детским голосом, совсем не соответствующим его накаченной фигуре, протянул разочарованно "Фанат", со своего верхнего яруса. – Всю жизнь вы, старики, нас, молодёжь, притесняете… Даже во сне! Придумали, блин, ограничения какие-то… Пять лет слиперского стажа! Да я их, тварей, голыми руками рвать готов… Безо всякого вашего тайного оружия и сновидческого опыта!

Собравшиеся в конференц-зале, тут же яростно заспорили, зашумели, доказывая что-то друг другу и наблюдающим за реакцией слиперов, инициаторам экстренного сбора… Алина крепко сжала мою руку:

– Ну, а ты как? Рискнёшь?

– Придётся, – сказал я, вздохнув.

 – Кроме нас, слиперов, остановить и наказать "Джека-Бензопилу", с его дружками, больше некому… Скольких людей эта чёртова команда уже реально угробила, через свои сны! Подозреваю, что немало… И никакой, ведь, человеческий закон против них не работает! А хуже безнаказанности – нет ничего… Между прочим, Вере было столько же лет, как и тебе.

Я решительно поднял руку… Уже человек семь, кроме меня, пожелали вступить в будущий диверсионный отряд. Среди этих добровольцев, упрямо тянула вверх руку и "Ночная фантазия…" Я посмотрел на неё недоумённо – какого чёрта?! Ясно ведь было сказано – женщинам в отряде делать нечего! Заигралась тётка в экстремальные иллюзии, окончательно попутав свой возраст и возможности, в управляемых видениях и наяву…

Но пятидесятидвухлетняя, в реальной жизни, Василиса Митрофановна, плевать хотела с высокой башни на любые ограничения своих прав и свобод во сне.

Не то что уже смирившийся с невезучей судьбой, притихнувший наверху, "Фанат…"

Выглядела "Ночная фантазия" здесь, на космической станции, максимум, лет на тридцать пять, в своём, плотно облегающем спортивную фигуру с высокой, соблазнительной грудью, белом комбинезоне на "молниях".

Лицо её пылало праведным гневом, к засевшим в далёкой сельве насильникам… И эта единственная женская рука, упрямо вскинутая наперекор озвученному "Сбитым лётчиком" запрету, не осталась незамеченной Алиной, внимательно наблюдавшей за ходом голосования.

– Тогда, и я тоже пойду с тобой! – решительно заявила подруга, поднимая вверх маленькую ладонь.