Карманный Авалон

Настроение немного ухудшилось, ведь я планировал завершить сегодняшний вечер в нежных женских объятиях. Но, я уважал её индивидуальность, поэтому не стал настаивать. У меня у самого часто бывает желание побыть наедине с самим собой. Я поцеловал Луизу на прощание и направился в сторону дома.

Ветер набирал силу и яростно гнал мусор по улицам. Мне встречались редкие прохожие, которые с опаской и интересом поглядывали на тучи и торопились домой.

– Дождь будет, – сказал какой-то старик, – беги домой, сынок, промокнешь.

Знаешь ли, апрельские дожди они такие, не успеешь моргнуть, как подхватишь весеннюю простуду.

Я кивнул и последовал его совету. Когда я подходил к дому на землю уже начали падать первые тяжелые капли. Это не дождь, это ливень. Забежав в подъезд, я отдышался.

Посмотрев на свой почтовый ящик, я увидел краешек письма, торчащий из темной прорези. Я вытащил письмо и поднялся к себе в квартиру.

Письмо было адресовано мне. На нем стояло только моё имя, ни адреса, ни индекса, ничего больше.

Письма мне не приходили уже года три. Я закурил сигарету и посмотрел на письмо. Оно вызывало во мне некоторое беспокойство, какое-то неясное чувство тревоги. Мне совершенно не хотелось его открывать, но так и не найдя вескую причину, чтобы не делать этого, я вскрыл конверт. В глаза бросился знакомый почерк. Почерк Луизы.

Дорогой, Алекс. Прости, что не говорю тебе это лично, ибо есть на это свои причины, о которых ты скоро (возможно) сам узнаешь.

Мне необходимо с тобой попрощаться. Я вынуждена уехать.

Очень-очень далеко. Ты самый классный человек, из всех, что я когда-либо знала. Очень сожалею, что так и не сказала тебе это в лицо, но обстоятельства вынуждают меня действовать подобным образом. Видит бог (это метафора), я этого не хотела (а может быть и хотела).

Я люблю тебя (теперь я точно в этом уверенна).

Возможно, мы увидимся (на Авалоне!).

P.S. Ты опять куришь?

P.P.S. Тебе придется зайти ко мне домой и забрать свои книги. Их там накопилось порядочно. Держи себя в руках, когда будешь общаться с моей бабушкой.

Луиза.

На оборотной стороне листа убористым почерком было выведено стихотворение:

Мир мечты, как поле брани,

Крики боли вновь.

Всякий день как будто ранен,

В жилах стынет кровь.

И прекрасную когда-то

Пустоту души

Вновь наполнят пресной ватой,

Прелести лишив.

А душа, устав от бега,

От пустой мечты,

Вновь найдет под снегом

Первые цветы…

Я дважды перечитал письмо.