Хирурги человеческих душ. Книга вторая. Моё время. Часть первая. Вторая оттепель

Нет, непосредственно в регионах прокуроры по положению не подчинялись партийной номенклатуре. Да и как могло быть иначе, если прокуроры городов и районов назначались прокурором России, а прокуроры областей – ещё и по согласованию с генеральным прокурором СССР? Зато сам прокурор Союза и подчинённые ему республиканские коллеги назначались соответствующими Верховными Советами, где заправляли коммунисты. Где на них находились «железные рычаги воздействия». Тем паче, что прокурор любого уровня в обязательном порядке состоял в партии.

И ему, только как члену КПСС, могли учинить первичный спрос даже в низовой партячейке.

Вот почему, случись глубокий конфликт между райкомом и районной прокуратурой, в девяноста девяти случаях из ста столица была на стороне первой инстанции. И лишь если райком явно «зарывался», его вежливо «поправляли на перспективу». А вот уходить приходилось всё же прокурору, переводившемуся на равноценную должность. Так делали, чтобы не обострять инцидент, чтобы не страдали интересы дела и «строительство социализма».

Вот почему при принципиальном столкновении «несгибаемые законники» предпочитали «гнуть шею» перед партийными чиновниками. Вот почему процедуре представления придавалось немаловажное значение.

В приёмной Потыквеоком и Подлужный сняли плащи, поправили прически, одёрнули мундиры, и их пригласили в кабинет первого секретаря. В апартаментах визитёров ждал солидный осанистый мужчина лет пятидесяти.

– Утро доброе, Дмитрий Анатольевич! – вкрадчиво кося левым глазом, елейным тенорком обратился Потыквеоком к хозяину кабинета, с которым он прежде мимоходом видался пару раз.

– Здравствуйте! С приездом на Сылку,…Вадим Данилович! – заглянув в перекидной календарик, уверенным басом отвечал ему тот, выходя из-за стола и приветственно протягивая руку.

– Вот, прошу любить и жаловать: наш новый прокурор Подлужный Алексей Николаевич, – в льстивой интонации проговорил начальник отдела кадров, заискивающе тиская длань партийного босса.

– Гайда, – не без труда освободившись от липких ладоней Потыквеокома, поздоровался тот и с новичком.

– Прокурор Красносыльского района Подлужный, – акцентированно подчеркнув свою должностную принадлежность, назвался Алексей, которому страшно не понравилось выражение Потыквеокома «наш прокурор».

«Что ещё за «наш»? – сердито подумал он. – Карманный, что ли? Дяденьки Гайды, что ли?»

И потому Подлужный крепко и с некоторой показной независимостью пожал руку первого лица Сылки.