Хирурги человеческих душ (роман-трилогия). Книга первая. Человек может всё!

В том числе и от того, сообщит ли ему сегодня Регина что-то новое, либо нет.

«Ай да Алый! Ай да…сукин сын советского народа! – выражался он высоким пушкинским штилем в свой адрес. – Верной дорогой идёшь, товарищ детектив».

Отличное настроение следователя возросло, когда он после традиционных утренних процедур вышел из дома. Возле подъезда дома его «под парами» поджидал «УАЗик» вневедомственной охраны – Двигубский держал слово.

В половине восьмого Алексей подъехал к месту работы. Несмотря на неурочный час, Платунова-младшая уже сидела на лавочке близ опорного пункта охраны правопорядка, соседствовавшего с прокуратурой.

Поздоровавшись с ней, Подлужный сказал:

– Вы посидите пока. Я приготовлюсь, и вас позову.

– Я посижу, посижу, – поспешно заверила его та.

Следователь отпер двери учреждения, отключил сработавшую охранную сигнализацию, прошёл в приёмную, откуда позвонил на пульт охраны. Представился и назвал пароль. Выполнив необходимые процедуры, он пригласил девушку в свой кабинет.

– Что нового, Регина? – обнадёженно обратился он к ней, едва она присела на стул.

– Я вчера весь день и сегодня всё утро думала про ваши примеры…И всё поняла, – с затаённой гордостью произнесла девушка, отчего у непосвящённого могло сложиться впечатление, что речь пойдёт не о неких скверных вещах, а о победе пианистки на международном конкурсе имени Чайковского.

– Ну-ка, ну-ка…Регина, я – весь внимание, – подвинулся к столу Алексей, готовый делать пометки.

– Когда ночью этот…водил меня в туалет…

– Давай-ка, до выяснения личности и для удобства, придумаем ему кличку, – предложил следователь.

 – Что тебе больше всего в нём запомнилось?

– Запомнилось? Эта-а…, – порозовела Регина. – Руки везде совал…

– Ну вот! Станем условно называть его…Рукоблуд.

– Ка-ак?

– Рукоблуд.

– Ага. Поняла. Ночью этот…Рукоблуд отвёл меня в туалет. В нём есть как бы прихожая и кабинка. Всего одна кабинка. В туалете чисто, пол и стенки отделаны плиткой. Около умывальника висят два чистых полотенца.

Над ними – красивое овальное зеркало в пластмассовой красной рамке. Там есть окно с решёткой. У окна стоят два стула, столик, а на столике – пепельница. А утром, когда я призналась офицеру кто такая, то снова захотела…по-маленькому. Туда меня водила эта…милиционерша. Она меня отвела в другой туалет. Он рядом с тем, с первым. Второй туалет с двумя кабинками. Он меньше первого. Там грязно. В нём пол бетонированный. Стенки крашеные: синие внизу и белёные вверху.