Хирурги человеческих душ (роман-трилогия). Книга первая. Человек может всё!

Астахова меня сама попросила. Но в туалет нога моя не ступала и до…этой…я кончиком пальца не прикоснулся.

Ах, как надеялся Алексей на то, что Регина идентифицирует личность Волового ко всему прочему и по часам! То стало бы мощной привязкой не просто к контакту между вытрезвляемой и постовым, но и к особому, интимному соприкосновению между ними. Подлужный предвкушал, как он, прежде чем защёлкнутся стальные оковы на кистях Волового, снимет с одной из них наручный хронометр и, повернув его тыльной стороной к свету божьему, громогласно прочтёт: «Дембель.

1975-1977». Уж тогда похотливый «Рукоблуд» сменил бы напускную кичливость на личину ничтожества, жалко лепечущего слова признания и идущего в «абсолютный расклад».

Увы, на руках опознанного часы напрочь отсутствовали. Убедиться в том было проще простого: в жаркий июньский день мужчины щеголяли в футболках и рубашках с короткими рукавами. И загорелые предплечья Волового не имели даже узкого ободка бледной кожи, что остаётся нетронутой солнцем под браслетом или ремешком.

Надежда на скорую и победоносную развязку рухнула.

2

Устыдитесь те, кто подумал, что досадная неудача надломила Подлужного. Во-первых, он на Воловом до поры отнюдь не «ставил крест», как на честном человеке. Напротив, противоречие с часами зачислил ему в актив. Во-вторых, Подлужный не был бы самим собой, если бы пал духом от такой малости. Отрицательный результат – тоже результат. Блицкриг в деяниях, совершённых в условиях неочевидности – крайне редкая вещь.

Наступила фаза нудного и всестороннего накапливания обвинительных улик и реабилитирующих фактов. И в последующий час производственные свершения «горели» от напора старшего следователя прокуратуры.

Перво-наперво он провёл накоротке очную ставку между Платуновой и Воловым, в процессе которой каждый из них отстаивал персональную правду или персональную ложь. И места правды и лжи пока не были окончательно «застолблены».

Отсадив милиционера в кабинет к помощникам, Алексей допросил постовую Астахову. Та подтвердила, что в ночь на 26 апреля в вытрезвитель доставляли девушку, выглядевшую взросло, которая впоследствии оказалась несовершеннолетней. Ночью она, Астахова, попросила Волового подменить её, так как накануне не выспалась – болел зуб. И тот по-товарищески услужил ей. Это было не обременительно, поскольку двери женской и мужских палат связаны одним коридором.