Ищу пропажу с нежным сердцем!

Ну, очень тёплое! Трупное окоченение не выражено даже в жевательных мышцах лица. Трупные пятна практически отсутствуют по всей передней поверхности тела. Зарезан с час тому назад». Чуть позже он посредством медицинского термометра произвёл измерение температуры тела потерпевшего через задний проход и раздумчиво произнёс: «Так и есть. Ректальная температура тридцать шесть и две десятых…Свежачок».

Чтобы загрузить неотложной работой эксперта-криминалиста старшего лейтенанта милиции Виктора Байдина, Полунин срочно описал нож.

На том явно имелась кровь. Однако Гордей, будучи грамотным следователем, в протоколе осмотра записал так, как его учили в университете: «Пятна бурого цвета, похожие на кровь».

Байдин, уже вступивший в свои права, в тесной координации с прокурором и следователем фотографировал обстановку в жилище, позы трупа в различных ракурсах, а также нож. Выполнив первоочередные манипуляции, он аккуратно взял двумя руками «хлеборез» за остриё лезвия и торец рукоятки, переложив его на чистый лист бумаги.

Там он осторожно обработал рукоять вещественного доказательства при помощи кисточки специальным порошком, прогнозируемо выявив на нём отпечатки чьих-то папиллярных узоров. Криминалист тут же «откатал» пальцы рук пострадавшего, пообещав через пару часов выдать предварительные результаты сравнительного анализа.

Больше в доме и описывать-то было нечего (из относящегося к убийству). Даже кухонный стол, в аналогичных кровавых развязках, как правило, уставленный гранёными стаканами и опустошёнными бутылками, усеянный окурками и хлебными крошками, был девственно чист.

– Несчастный случай? Сам себя зарезал? – с ходу предположил из сеней старший оперуполномоченный уголовного розыска Павел Розанов, обведя взглядом присутствующих. – А чего? Пьяный или эпилептик. Ковылял, запнулся, упал…

–…Очнулся – труп, – ёрнически «подпустил шпильку» прокурор. – Вечно вы упрощаете, Розанов. Дай волю вашей фантазии, так у вас и мертвец с тремя кинжалами в спине превратится в самоубийцу.

Давайте не станем спешить с выводами, а рабочие версии отложим, как минимум, до конца осмотра.

– Судя по локализации раны и глубине раневого канала, неосторожность исключена, – поддержал Ивана Ивановича Старосельцев. – Вскрытие покажет. Пока же, навскидку, предположу то, что подсказывает мне четвертьвековой стаж. Удар ножом по телу, скорее всего, был нанесён практически под углом 90 градусов. Ну, разве что чуть сбоку и, быть может, несколько сверху вниз.