Старинное зеркало в туманном городе

Марина никогда быстро не сходилась с мужчинами. Просто сейчас хотела почувствовать его.

Рука прошла сквозь пустоту. Забыла на мгновение, что у нее свидание с призраком.

И тени у него нет. Марина случайно это увидела. Иоганн Рихтер тут же поймал ее взгляд:

– Какой есть, такой есть, Fr?ulein, – он грустно посмотрел на свою спутницу.

Марине захотелось, чтобы ему сейчас было хорошо. Слова пришли сами:

– Ты мне очень помог, спасибо тебе.

– Что ты, я просто сказал несколько слов тогда, когда они были нужны тебе.

– Я снова хочу жить. Не просто потому, что надо, что нельзя бросаться из окна. Жизнь снова начинает нравиться. Понимаешь?

– Да, Fr?ulein.

Он сейчас так близко к Марине. Глаза смотрят в глаза. Они ласкают друг друга глазами.

«Это лучше секса», – подумала Марина.

Они долго стояли у Даугавы. А потом медленно шли к святому Екабу. Их путь освещала луна.

Вдвоем, совсем близко друг к другу идут, но перед Мариной лишь одна тень. Ее тень. Она видит его, с ним хорошо, а тень ее все равно одна…

Это необычно, это пугает…

Но сейчас в Марине сильнее другое – ей нравится этот призрак.

– Расскажи мне о себе, Иоганн Рихтер, – попросила она.

– В другой раз Fr?ulein, – отказался он, – не стоит портить прекрасные минуты невеселым рассказом.

Она не стала настаивать.

Они поднялись в ее квартиру, стояли возле окна. Того окна, через которое Марина хотела уйти из жизни.

Теперь ей было страшно думать о том, что такое могло произойти.

Марина чувствовала, что Иоганн Рихтер разбил тот кокон из тоски и боли, который сковывал ее душу.

Благодаря ему, призраку. Благодаря городу, по которому сегодня гуляли, по которому она часто гуляет одна.

А сейчас они вместе смотрят на этот город – на шпили кирх, крыши домов. И на Луну в небе смотрят.

Вот только прижаться к мужчине, который так близко, Марина не может. Оттого в ней горечь.

Но все равно она очень не хочет отпускать его от себя.

– Ты еще придешь ко мне?

– Не знаю, – Иоганн Рихтер не смотрел на нее.

Он больше не увидит ее. Да, может, они половинки целого, но слишком далеко находятся друг от друга. Это надо принять как должное. А сегодняшняя общая ночь, каждое ее мгновение, всегда будет с ним.

На этот раз Иоганн Рихтер ушел не через зеркало, хотя оно ему очень нравилось – старинное, красивое.