Смерть под маской Марди Гра

– Кто это? – спросила Ракитина.

Палмер охотно ответил:

–Это и есть та самая Дельфина ЛаЛори. Мистер Старкофф заказал эту

картину у одного местного художника.

– Он так интересовался этой злодейкой?

– Да.

– Странная любовь.

– Почему странная? – пожал плечами Палмер. – Издревле злодеев

всегда интересуют другие злодеи. Средневековый маньяк изучает мемуары

древнеримского маньяка, а современный последователь Дьявола –

воспоминания и древнеримского и средневекового. Он перенимает у них

опыт.

– Простите, какой опыт?

– Опыт хитроумных убийств и изощренных пыток.

– Ясно.

Ракитина открыла свою папку и достала оттуда лист бумаги.

– Вот наша справка: Тимофей Викторович Старков, родился пятого

июля тысяча шестьдесят четвертого года в Тюменской области в городе

Ишим. В криминальных кругах был более известен по кличке Темный.

Возглавлял организованную преступную группировку – "нефтяники".

Заказные убийства, рэкет, вымогательство, рейдерство. Часть ОПГ

арестовали.

в Париже. В две тысячи восьмом переехал на постоянное место жительства в

Соединенные Штаты Америки, в город Нью-Орлеан…

Она отдала справку Палмеру и еще ряд других документов и спросила:

– А каким видом оружия Старков пользовался при совершении

самоубийства?

– Пистолетом "Магнум" сорок четыре. Модификация "Черный ястреб".

– Мощное оружие. Даже я бы сказала убойное… А у него ничего не

пропало из денежных средств? Несомненно, у него в особняке был сейф со

сбережениями.

капитан, это было банальное ограбление, замаскированное под

самоубийство?

– Мы тоже так сначала думали. Да, вы правы, мисс Ракитина, сейф у

него был. Мы нашли в его спальне, замаскированным под обыкновенную

тумбочку. Правда, при обнаружении он был распахнут, но… все

драгоценности и очень крупная сумма наличных в евро и долларах, как в

канадских, так и в наших, оказались на месте.

– Ясно. Значит, эта версия отпадает… А ваше ведомство держала

Старкова в поле зрения? Вы знали о темном прошлом?

– Мы имели информацию о его преступном прошлом в России и

внимательно следили за ним и, может, и желали бы его арестовать, но улик

было недостаточно. К тому же он вел жизнь добропорядочного образцового

американца, и в криминальных связях у нас в Америке не был замечен.