Апокалипсис, вид снизу. Том I

Буквально с первой интимной встречи сложилось так, что Инга спит у правого края кровати. Вот и в «малахитовой комнате» она решила «прилечь» с правой стороны от капсулы Вианта. Во истину, люди рабы своих привычек.

А вот ещё кое-что, чего следовало ожидать: Николай Павлович приготовился толкнуть напутственную речь. В этот почти торжественный момент куратор как никогда похож на проповедника, что вот-вот начнёт вещать преданной пастве с амвона о воле господа.

– Виант Сергеевич, Инга Игоревна, – начал Николай Павлович, – на этот раз вы знаете, что вас ждёт.

Никакого прыжка веры больше не будет и быть не должно. Напоминаю ещё раз, – лицо куратора сделалось таким строгим, что Виант едва не расхохотался, – перед вами стоит чёткая и конкретная задача – вынести в реальность как можно больше продвинутых технологий. Сами понимаете, в первую очередь это высокотемпературные сверхпроводники, генераторы электричества на низкопотенциальном тепле и электромагнитное оружие. Так что никаких крыс!

Напутственная речь Николая Павловича навивает тоску.

Виант украдкой оглянулся. В широком проходе между капсулами самоуверенным памятником самому себе возвышается Садист. На этот раз на нём обычная униформа охранников секретного проекта, светло-зелёные рубашка и брюки. Бицепсы едва не рвут короткие рукава.

– Действуйте точно по плану, – интонация куратора несколько смягчилась. – В качестве персонажей выберите детей. Полноценное образование, в идеале высшее, существенно поможет вам в достижении главных целей.

Злость и разочарование горькой слюной скатились по глотке. Виант нахмурился. Голову посетила запоздалая мысль – а если попробовать сбежать прямо сейчас? Уроки Садиста не прошли даром. Виант повернулся к Николаю Павловичу. Пока куратор поёт Цицероном, одним ударом, ребром по горлу, вполне реально его вырубить. Благо Николай Павлович давно превратился в военного бюрократа. Виант никогда не видел и не слышал, чтобы он бегал по утрам, качал мышцу или стрелял в тире хотя бы раз в месяц.

Но… Могучая фигура Садиста отрезвила не хуже ушата со студёной водой.

Мысль о побеге – глупая мысль. Если раньше Виант лишь догадывался, что с отставным десантником лучше не связываться. То теперь, после многочисленных учебных спаррингов, знает это абсолютно точно. Тут же заныла грудная клетка, Виант машинально потёр грудь ладонью. Последний удар могучего кулака Садиста до сих пор отзывается болью, хотя синяк уже полностью сошёл.