Благодатный мир

Задница и спина ощутили очень приятную мягкость, будто на перину сел. Юрий опустил глаза, руки сами собой легли на широкие и мягкие подставки. В груди тёплой водой расплескался восторг. Как ни странно, но сидеть и в самом деле очень даже удобно. Только что значит «пристегнись»?

Надо спросить летуна. Только, Юрий аж подался вперёд, но тут же плюхнулся обратно на мягкий стул, того уже нет. Исчез. Улетел. Зато прямо по проходу шагает одна из тех машин, что Юрий увидел перед церковью.

Все четыре руки мягко, можно даже сказать нежно, держат Антонину.

Сестра в себя так и не пришла. Её взгляд как и прежде пустой, а лицо белое, как снег. Только губы что-то шепчут. Юрий прислушался. Очень похоже на «Отче наш». Машина аккуратно опустила Антонину на мягкий стул. Две железные руки придержали сестру за плечи, а две другие вытащили из боков тёмные полосы плотной ткани. Щелчок. Потом ещё один щелчок. И вот уже Антонина будто привязана к мягкому стулу тёмными полосками ткани крест накрест.

Ого, наверно, это и есть то самое «пристегнуться». Юрий пошарил руками рядом с собой. Пальцы нащупали точно такие же полоски плотной ткани. На концах трёх из них что-то вроде железной пряжки, а на четвёртой что-то очень похожее на замок. Юрий глянул на Антонину, точнее, на её живот Понятно, это легко. Щёлк, щёлк и щёлк. И вот уже он сам будто привязан к мягкому стулу. Впрочем, Юрий подёргался и пошевелил руками и ногами, удобно и не мешает.

А если… Указательный палец ткнулся в блестящую штучку на замке, все четыре полоски плотной ткани тут же разъединились и отвалились в стороны. Понятно, если что, то и выбраться будет нетрудно. Юрий вновь пристегнулся.

А что теперь? Летуна не видно и не слышно. Антонина всё ещё не в себе и вряд ли станет сама собой в ближайшее время. Юрий откинулся на мягкую спинку, руки легли на удобные подставки. Придётся ждать. Он сделал всё, что от него потребовала машина, а потому не только жив, но и не валяется на траве бесчувственным бревном как все остальные.

Это хорошо.

В голову пришли слова отца – сбылась мечта идиота. Юрий грустно улыбнулся. Звучит обидно, но так оно и есть. Он так хотел посмотреть Большой внешний мир. Так хотел. Так! И вот, пожалуйста, Большой внешний мир сам пришёл к нему. И не просто пришёл, а нагрянул, вторгся с криками односельчан и треском голубых молний.