Цена власти

Сергей с трудом перекинул ногу через очередной упавший ствол, как вдруг голова ткнулась в спину друга.

– Чёрт побери! – громогласно произнёс Ян. – Да вот же он!

Усталости как будто и не было. Друзья как ошпаренные выскочили на свободное место. Сергей крутанул головой. Столетние сосны плотным кольцом окружают идеально круглую поляну. Точно посередине, хоть циркулем проверяй, стоит он – вожделенный и трижды проклятый куб. Рюкзаки и вещмешок Яна свалены в кучу. Друзья осторожно, словно боясь ненароком наступить на мину, подошли к странному камню.

В одном старый знакомый Яна не соврал, Сергей слегка наклонился вперёд. Куб действительно монолитный, без сколов и трещин. Грани идеально ровные, привычной шершавости древних булыжников нет и в помине. Вот, только цвет другой. Всё же не идеально белый, а белый с едва заметными сильно размытыми тёмными прожилками. Андрей вытащил из кармана фотоаппарат и медленно, щёлкая затвором, принялся обходить камень кругом.

– Ян! Не трогай! – крикнул Сергей.

Ян резко отдёрнул руку.

– Почему? – на лице друга застыла обида. – Вон, смотри: птахи на нём туалет устроили.

На верхней плоскости каменного куба мелкими кучками возвышается птичий помёт.

– Всё равно не нужно, – Сергей упрямо мотнул головой. – Что-то в нём не так. Разве сам не чувствуешь?

– Ну-у-у… Есть, что-то, – нехотя признал Ян.

От куба, да и от всей поляны в целом, исходит нечто едва уловимое, но всё равно неприятное. Такое впечатление, будто стоишь посреди минного поля.

Шаг вправо, шаг влево и под ногой ухнет пара килограмм в тротиловом эквиваленте. Да и само место выглядит очень странно.

Сочная зелёная травка ровненькая, словно по ней только что прошлась газонокосилка. Причём кончики травинок не срезаны лезвием, а так и остались остренькими, как выросли. И ещё зелёные стебли не выпирают из-под самого куба.

Из ножен на поясе Сергей вытащил походный клинок. Стальное лезвие легко подрезало дёрн возле нижней грани куба. Теперь немного отогнуть лохматый край в сторону.

Сюрприз: под основанием странного камня мелкий белый песок. Что удивительно, граница песчаной жилы точно совпадает с боковой гранью куба.

– Ну, что скажите, коллеги? – первым от долгого созерцания очнулся Ян.

– Сразу видно, что камень искусственного происхождения, – Андрей убрал фотоаппарат обратно в карман и аккуратно защёлкнул клапан на липучку. – Прямые линии слишком прямые, плоскости слишком плоские, а углы как будто кто линейкой вымерил.