Разгром Свалки

Блок жизнеобеспечения ефрейтора Вусина раскурочен будто кувалдой, однако, Биал наклонился чуть ближе, наружу не вытекло ни капли крови. Очень похоже на то, что Василёк словил кумулятивную гранату аборигенов. Вечная память. Но мёртвый обязан помочь живому. Это ещё одна чёрная сущность войны.

Биал рывком за плечо перевернул Василька на спину. Из карманов разгрузки пальцы извлекли четыре полных магазина и пять гранат для подствольника. Пусть аборигены удрали без оглядки, но пополнить боезапас лишним не будет.

Хотя… Биал развернулся всем телом в сторону боевой машины. Задний люк «Шельмы» распахнут настежь. Каждая БМП везет тройной боекомплект для каждого пехотинца. Можно пополнить боезапас в ней. Можно, но абсолютно не хочется. В борт «Шельмы» воткнулось не меньше пяти кумулятивных гранат. Рядовые Итагун и Бинтан так и не успели выскочить наружу. Будет очень печально поскользнуться на их кишках.

Биал поднялся на ноги и осторожно выбрался из окопа. Пусть «Ястребы» старательно перепахали поле боя, а противник в панике удрал, но бдительность никогда не бывает лишней.

Чем чёрт не шутит, можно легко наткнуться на недобитых аборигенов. Их проклятые маскировочные накидки изобрёл сам дьявол.

Страшно-то как, Биал на миг замер на месте. Пусть наполовину засыпанный окоп как защита уже не ахи, но всё защита. Сейчас же, на открытой местности, в одиночку, без поддержки респов и могучего БМП за спиной, невольно чувствует себя голом на званном обеде. Но надо, надо идти.

В двух метрах от окопа валяется дохлый абориген.

Через грудь наискось протянулась цепочка аккуратных дырок. Биал криво усмехнулся, не иначе «Муравей» постарался. Несколько дальше прямоугольной кучей замер ещё один абориген. Чуть дальше ещё и ещё.

Конечно, не дело, но… Биал походя пнул мёртвого аборигена, голова убитого послушно отвернулась в сторону. В душе красивым внеземным цветком распустилось злорадство. Пусть так называемые повстанцы сумели-таки взять позицию его отделения, но щедро заплатили за каждого бойца, за каждого респа.

Вот и буровая. Биал спрыгнул в окоп, ноги мягко погрузись в красноватый снег. Взгляд тут же наткнулся на убитых пехотинцев, точнее, Биал склонил голову, геологов. У каждого в руках навсегда замер электромагнитный автомат. Один из них успел вытащить из разгрузки гранату, но так и не выдернул чеку. Вечная память, Биал осторожно вытащил из руки убитого гранату. Вот тебе и гражданские. Персонал буровой достойно принял последний бой.