Дело о пяти сольдо

Я вскакиваю, подбегаю к окну, и вижу, что на дом падает огромная сосна и понимаю – мне сейчас придёт конец. Он нервно затушил сигарету.

У тебя депрессия от того, что ты не работаешь, – сказала Ирма – и это оттого, что последнее время ты начал много пить. И курить, кстати тоже. Я живу тут с тобой, дышу твоим дымом, как пассивная курильщица, а это, говорят, еще вреднее, чем курить самому. На работу бы тебе устроиться.

Я же ещё не дорассказал.

Итак, все с тобой ясно. Сколько можно бездельничать. Раньше за такое сажали.

Это называлось тунеядство.

Да ладно тебе, не в совке же живём. Мне необходимо куда-нибудь уехать, сменить обстановку, говоря словами врачей. И, в конце концов, мне уже двадцать восемь лет, а я ничего не сделал, хотя по профессии кинорежиссер.

Ну, вот и поедем к моим родителям в Латвию. У них домик на берегу моря. Дюны, сосны. Будешь там творить, как Хемингуэй напротив белой стены. Тем более что виза у тебя в Европу есть, кстати благодаря мне. Шеф дал жёсткие сроки сдачи диплома и поэтому мне нужно за две недели всё успеть – вставая ответила она, всем своим видом показывая, что говорить больше не о чем.

Иван потянулся за ней, беря за руку – но мне надо в Копенгаген. Это требуется для сценария – как можно жалостливее промолвил он.

А может после? Ты же обещал, что больше никуда не поедешь после того случая, когда собрался ехать в Финляндию и я тебя нашла в аэропорту без денег и документов. Спасибо охрана задержала при попытке пробраться зайцем в самолёт.

Нет Ирмочка, это другое. Давай я быстренько смотаюсь туда-сюда, ты доделаешь свои дела, сдашь диплом, а потом мы вместе поедем к твоим предкам, а пить я там не буду – даю слово.

После некоторых раздумий Ирма, многозначительно глядя Ивану в глаза, согласилась, – но уговор, курить при мне ты не будешь, у тебя неприятно пахнет изо рта.

Хорошо зайчик не буду, мне приятно, что ты стала моей единомышленницей, – потянувшись к её губам сказал Иван и притянул к себе. Она не отвернулась, и они поцеловались… потом ещё, потом он начал снимать с неё обтягивающую маечку, которая так и не хотела поддаваться в области грудей.

Когда они уже лежали в постели… в дверь позвонили. Иван, накидывая халатик Ирмы побежал открывать, а Ирма осталась в постели, раздумывая над женскими циклами. В прихожей стали слышны возгласы и затем топот нескольких пар ног. В квартиру ввалились Иван с каким-то молодым человеком, которого Ирма раньше не видела.