Полиция города Лисса. Разрезанная картина

Поговаривают, что он ещё в молодости угодил в тюрьму, да там и сгинул – или что-то в этом роде, поэтому от него осталось мало картин. Но это только слухи. Полотна у него, насколько могу судить, посредственные. Никто не понимает, зачем нужно было платить такие бешенные деньги за этот пейзаж.

– А, вот почему заволновался господин коллекционер! Дэвид, у вас есть хоть какие-нибудь материалы про картины этого Луни – газетные вырезки об аукционе, может быть, репродукции?

– Репродукций пока не встречал. По-моему, новость о том пейзаже с коровами была в последнем выпуске «Морского вестника».

Это я вам найду. Но больше пока ничего обещать не стану – по крайней мере, пока столичные репортёры не раскопают про нашего таинственного живописца побольше.

Солнце почти село, когда Моррисон вернулся домой. Стоя возле открытого окна, он смотрел на море. Как тогда сказала та хрупкая старая женщина с глазами ребёнка? «Торговец каждый день продаёт рыбу и никогда не видит, что на её чешуе – радуги. Можно жить в порту всю жизнь – и видеть одни только серые паруса.

Но если ты всего один раз увидишь что-то другое, это и сделает тебя счастливым. Навсегда».

III

Перед отъездом на виллу «Вязы» Моррисон отправил со служебного телеграфа несколько запросов в министерство, а затем спустился вниз, чтобы поторопить с экипажем. Тут его и нашёл несколько запыхавшийся Бэнкс.

– Вот, инспектор! Это вчерашний номер «Свежего ветра».

Моррисон внимательно просмотрел новость об аукционе, где картина неведомого Луни была приобретена не менее таинственным, но явно богатым почитателем.

Сама заметка ничего нового к вчерашнему разговору не добавляла – важнее было фото, на котором можно было разглядеть пейзаж. Абсолютно ничего сенсационного в нем не было: на квадратной картине в реалистическом стиле был изображен луг с несколькими пасущимися коровами, на заднем плане виднелся какой-то дом – и всё.

– Какая-то странная композиция, не находите? Ну что – заплатили бы вы пятьдесят девять тысяч за такое? – еле сдерживая смех, поинтересовался Бэнкс.

– Мне интереснее, кто же всё-таки это сделал. Спасибо, Дэвид!

Констебль Норридж ждал возле своего участка.

– Трудная ночь? – поинтересовался Моррисон, взглянув на подчиненного.

– Так точно, сэр. Моряки устроили драку в таверне «У Дика», меня хозяин уже после полуночи вызвал. Одного из наших, капернских, пырнули ножом, но легко отделался. Виновник пьяный, отсыпается у меня под замком.