Огонь с небес

Я прав?

– Так точно, товарищ капитан, – Александр не стал отпираться. – Как не странно, одно дело осознавать, что твои родные стали жертвой оккупантов. В СССР очень многие потеряли в оккупации родных и близких. А тут даже не чертовщина, а какая-то научная фантастика вырисовывается. Честно говоря, мне и самому не верится, что где-то по лесу северней Дубуяны шатаются какие-то там марсиане.

– Тут я с вами полностью согласен, – капитан Давыдов понимающе кивнул. – Работайте, товарищ старший сержант, работайте.

Желаю вам тем или иным образом докопаться до правды. А розыскное дело вы и дальше ведите. После допроса гражданина Суслова, придумать нечто ещё более невероятное сложно, если вообще возможно. Главное, соблюдайте Уголовно-процессуальный кодекс.

– Непременно, товарищ капитан, – заверил Александр.

На этом разговор с начальником закончился. Капитан Давыдов, как и обещал, нашёл-таки на складе единственный ППС и торжественно вручил пистолет-пулемёт Александру. Тем же вечером подвернулась попутная машина до Четвёрочки.

Ещё до наступления темноты Александр вернулся домой. Одобрение от начальства на дальнейшие поиски получено, и это пока самое важное.

Глава 10. Летающий тазик

По задумке немцев сие свободное от деревьев пространство должно было стать дорогой. Возможно, оно бы и стало дорогой, пусть лесной, узкой, грунтовой, но дорогой, по которой может проехать пусть не городской автобус со школьниками, так хотя бы мощный армейский грузовик. Александр в очередной раз присел на колено возле толстой сосны и замер.

Руки сами собой вытащили из-за спины ППС. Ствол с сошкой прицела принялся медленно скользить из стороны в сторону.

Тишина. Лесная тишина. Чирикают невидимые в ветвях птицы, где-то рядом стучит дятел, да ветер шумит. Ни разговоров, ни рёва моторов, ни тем более стрельбы не слышно, однако на душе всё равно неспокойно. А раз неспокойно, то не будет лишним присесть, притаиться, прислушаться и тщательно оглядеться по сторонам. Во время войны Александр научился доверять собственной интуиции.

Иначе нельзя. Как не горько это признавать, но немцы – хорошие солдаты, какими бы дебилами не рисовали их на плакатах. А в диверсанты так вообще отбирали самых лучших.

Но нет, всё тихо. Александр вновь осторожно поднялся на ноги. Идти с пистолетом-пулемётом наперевес не очень удобно, зато гораздо спокойней. Ещё бы тонкие веточки, что скрылись в густой траве, не хрустели бы время от времени на всю округу.