Огонь с небес

В тылу Красной армии шпионов и диверсантов ловил. А после, когда Красная армия фашистов обратно на запад погнала, ещё и недобитков добивал. Особенно эсесовцев. Эти мрази прекрасно понимали, что прощения им не будет, а потому дрались до последнего патрона.

– Но форма, – Рая Евгеньевна шумно перевела дух. – Почему на тебе форма солдата Красной армии?

– Рая Евгеньевна, – Александр развёл руки в стороны, – меня по ранению комиссовали. Обратно в органы не взяли. Вот медсёстры в госпитале и выдали мне солдатскую форму без знаков различия.

Что было, то и дали. Ну не голым же мне было домой возвращаться. А милицейскую форму участкового, – Александр подхватил с пола мешок, – мне только вчера в районном отделении милиции выдали.

– А почему ты её сразу не надел?

Рая Евгеньевна окончательно отошла от ступора, зато взамен в ней проснулась подозрительность.

– Так погоны, петлицы и пуговицы ещё пришить надо, – Александр развязал мешок, рывком вытащил из него синюю милицейскую шинель и развернул её.

 – Иначе нельзя, иначе нарушение уставного вида будет. А табельный пистолет с кобурой я сразу на пояс повесил. Ну не в мешке же его было таскать или в кармане.

Синяя милицейская шинель, по-своему весьма красивая и строгая, произвела на Раю Евгеньевну самое благоприятное впечатление. Суровая комендантша тут же успокоилась и заговорила не в пример более дружелюбно.

– Так это тебя, получается, участковым назначили? – и тут же, не дожидаясь ответа, продолжила. – Комната для тебя уже готова.

Аркадий Назарьевич лично распорядился отдельную выделить. И он же самовар принёс. Ты же теперь у нас власть. Комната твоя как раз напротив моей будет.

Александр тут же развернулся на месте. Дверь в комнату коменданта всё ещё настежь. Напротив, через коридор, и в самом деле ещё одна дверь с номером восемь.

– Аркадий Назарьевич специально так велел, чтобы нашим молодым балбесам неповадно было. А то, понимаешь, взяли дурную моду после отбоя на гитаре тренькать. А там и до самогоночки недалеко будет.

Зато теперь, – лицо Раи Евгеньевны засветилось от радости. – А форму оставь, я всё пришью как положено, не сомневайся даже.

Александр задумчиво свернул шинель. А почему бы и нет? Возиться с иголкой и нитками никак не хочется. По части шитья женщины дадут сто очков вперёд любому мужику. Если этот мужик, конечно же, не профессиональный портной, разумеется.

– Не откажусь, Рая Евгеньевна, – Александр вновь развернул синюю милицейскую шинель.