Отпуск без задержания

– Ладно, хрен с ней, с этой собакой, кончай суетиться. – строго одернул ее мужик. – Ты кто сам по жизни?

– Никто.

– Как это никто? Мне Тонька рассказывала, что ты план придумал, как Сереге дом свой назад вернуть. Я тебе бы не советовал в это дело вмешиваться. Тут фармазоны за этим стоят. А за тобой кто?

– Господь Бог. Антонина мне сказала, что Сереге помощь нужна, если нет – то мне нет смысла в чужие дела впрягаться.

– Погоди, – остановил меня Серега, – давай выпьем.

– Ты что ли из баптистов? – обратился ко мне Виктор.

– В стройбате. Призывался из Ессентуков.

– В каком году?

– В восемьдесят восьмом.

– Тебя, значит, Башкатов призывать должен был. Он тогда военкомом был

– Да вроде он.

– Ну, тогда на тебя я всегда информацию получу, если что.

– О, давай за стройбат – обрадовался Серега. – Королевские войска. Я тоже в них служил.

– А я в инженерных. Минером был. Там глаз и потерял, но своим оставшимся я вижу лучше, чем другие двумя.

– А с чего ты решил, что я процент какой-то выплачивать буду? Ты видишь в этом мой интерес?

– Пока нет.

– Ну, вот, когда увидишь, тогда и о процентах поговорим.

– Надо все же подробней потолковать. Давай завтра встретимся в городе, не возражаешь?

– А мне с тобой зачем встречаться, ты чьи интересы представляешь?

– Серегины я интересы представляю, друг я его. Ты баб не слушай, он только мне доверяет.

Не знаю зачем, но я согласился на встречу. На тот момент я был уже изрядно пьян, и мне казалось, что я нахожусь на какой-то воровской малине, где меня проверяют невесть зачем, как Володю Шарапова. Пока мы беседовали, в компании то и дело появлялись еще гости, и некоторые из них и впрямь производили впечатление людей вышедших на покой после бурной криминальной молодости.

Выбрав момент, я распрощался с честной компанией и благополучно вернулся в мир тихих курортных радостей.

Я был не трезв. Скользкий разговор в компании людей, которые мне казались довольно опасными, все еще наполнял кровь адреналином, а происшествие с собакой и вовсе настроило меня на мистический лад. В таком состоянии я пошел на рынок выбирать тяпку, чтобы выполоть сорняки на маминой могиле.

Я шел вдоль рядов продавцов, и мне казалось, что я способен читать мысли этих людей. Я улыбался им, они улыбались мне в ответ. Это был мой город, и я тоже был его частью.