Вымирающие особи

Я поднялся наверх и поинтересовался у японца все ли в порядке?

– Нет, – сухо и зло ответил он мне.

Вскоре выяснилась причина раздражения японского джентльмена: он никак не мог найти фонарик, чтобы спуститься по крутой лестнице в туалет, который представлял собой обычное деревянное строение с дыркой в полу. Все аутентично в духе времен строительства дороги в начале XX века. Для японца большим сюрпризом оказалось еще и то, что свет на турбазе на ночь отключается вместе с генератором. Но тут, уж, моей вины не было – монгольские партнеры должны были предупредить клиентов о спартанских условиях проживания на базе.

Я взял свой фонарик и сопроводил японца до туалета. Чувствовалось, что старик страшно зол на меня, на свою жену, на эту чертову Россию и на тех, кто предложил ему туда поехать. Утром японец молчал как камень, молчала и его спутница, боязливо поглядывая в его сторону и предупреждая каждое желание супруга. Сопровождавшая их переводчица пыталась сгладить ситуацию, но у нее это плохо получалось.

Я терпеливо нес свой крест гида, стараясь не замечать дурного настроения туриста до самой посадки их на поезд до Улан-Батора. Я покорно загрузил чемоданы в вагон, хотя это вовсе не входило в мои обязанности, и вежливо попрощался, пожелав им хорошего пути. Ответом мне было глухое молчание. Так на собственном опыте я убедился, что хваленая японская вежливость несколько преувеличенный средствами массовой информации миф.

К концу своей поездки этот вздорный японец оттаял и через переводчицу передавал мне свои извинения.

Я так думаю, до него дошло, что, дав волю эмоциям, он потерял лицо. На всякий случай, я решил больше не рассказывать японцам о том, как страдали их соотечественники в плену после окончания войны. Как знать, если бы не мой рассказ, японец не так остро пережил бы отсутствие постоянного электричества и деревянный клозет на во дворе.

Помимо обычных казусов, без которых не обходится ни одно чего-нибудь стоящее путешествие, лучшие из них, так или иначе, связаны с любовными авантюрами.

Самое масштабное, в полном смысле этого слова, любовное приключение с иностранкой случилось у меня во время приема группы американцев, которых я сопровождал в поездке по стандартной схеме: экскурсия по дороге на самоходной дрезине, затем размещение на базе, ужин и баня для желающих. Экскурсию мои заокеанские туристы воспринимали без энтузиазма. Внимательно слушал меня всего лишь один американец лет пятидесяти, с которым у меня вышел спор.