Вымирающие особи

Передо мной открывалась новая, еще неизведанная Вселенная, в которой мне еще предстояло освоиться. Американка продолжала нам подливать, весело улыбалась, откровенно поглядывая мне в глаза. Чем больше мы выпивали, тем больше я привыкал к ее размерам и меня постепенно начало разбирать любопытство, которое, как известно, сгубило кошку. Становилось очевидным, что американка ожидала от меня проявления инициативы. Поскольку мы с переводчиком занимали один номер, я уговорил его лечь в холле на диване. Молодой парень не стал со мной спорить и без лишних слов перенес свои вещи.

Когда номер освободился, я пригласил американку к себе. Она воспользовалась приглашения без всяких колебаний. Меня влекло к ней любопытство, но в то же время, я продолжал испытывать страх, и ей пришлось использовать дополнительную стимуляцию, чтобы внушить мне уверенность в себе. Я буквально потерялся в больших, но умелых руках этой женщины, и чуть было не пожалел о своей самоуверенности. Женщина превосходила все прежние мои стандарты допустимого партнерства.

Впрочем, кажется, она осталась довольна и даже предложила мне еще раз совместно посетить в баню, но на этот раз в полном соответствии с русской традицией, то есть, нагишом.

Мы зашли в еще неостывшую парилку и она, закатывая глаза и громко хохоча, обливалась водой, хлестала себя веником, в общем, вела себя как нормальная русская баба, так что я даже испугался, поскольку на шум могли собраться не только работники базы, но и жители небольшого поселка, на землях которого турбаза располагалась.

После бани мы вернулись в номер и продолжили наши любовные упражнения, которые больше походили на цирковой номер схватки кролика со слонихой.

Расстались мы только под утро. По моим оценкам, победа осталась за американкой.

Прощаясь с группой на вокзале, я заметил, что племянница о чем-то перешептывалась со своей тетей, и та, смеясь, многозначительно посматривала в мою сторону.

Спустя некоторое время, я получил на свою электронную почту от американки письмо, в котором она выражала свою благодарность за гостеприимство и намекала на то, что я оставил в ее памяти неизгладимый след.

Я написал ей ответное послание, в котором выражал свое искреннее восхищение ее жизнелюбию, с особым теплом помянув поразившие меня размеры ее груди. Больше писем от нее я не получал. То ли она неверно поняла мой посыл и обиделась, то ли нашу с ней переписку пресекла моя супруга, разбиравшаяся в компьютерах гораздо лучше меня.