Ар-Салейм. Неведомый Враг

– Я тебя не отдам им! – всполошился Джох, шерсть на нем вздыбилась, он зашипел, словно большая кошка, и когти показались на руках, царапнули каменный пол. – Пойдем со ко мне домой, – Джох поманил его рукой.

– Джох, сейчас мне надо к королеве, – маг потихоньку начал вставать.

Водяной засуетился.

– Не надо! Как же я? Не ходи к ним! Покажи мне картинки, я больше не увижу картинки, – запричитал он.

– Ну почему же, – Декстер улыбнулся. – Жди меня, я приду завтра в это же время, – маг встал.

Джох заскулил уже как собака, погрузился в воду.

– Я буду ждать тебя, Декстер.

Маг быстро пошел по коридору, огоньки света мерцали под потолком. В кладовой его встретила охрана и маги с маршалом.

– Ну что еще… – не успел Декстер договорить, как его кто-то ударил по голове, и он потерял сознание.

Маг заката очнулся с головной болью и тошнотой, огляделся: он был прикован к стене кандалами, было темно. Он включил сущность, встроенную в тело – больно резануло по глазам.

Напротив Декстер увидел девушку лет двадцати пяти, сидящую на полу. Она устало смотрела на него.

– Вы живы там? – спросила она измученным голосом.

– Да вроде. Кто вы? И почему вы здесь?

– Какая уже разница, кто я в этом зверинце, – сказала она, проведя рукой по взъерошенным светлым волосам. – Вы как сюда попали?

– Меня вызвала королева, но я не понимаю, что тут происходит и почему я оказался здесь.

В ответ маг услышал тихий истеричный смех.

– Вы долго тут? – маг разглядывал грязную одежду девушки, от него не ускользнул дорогой материал платья.

Вдалеке что-то звякнуло.

– Тише! – тихо заговорила женщина. – Он идет, он идет, – она обхватила рукой голову и прижалась к полу.

Маг посмотрел на нее, сконцентрировался и вошел в ее сознание, опасаясь за ее душевное здоровье. Девушка была в ужасе, страх полностью ее поглотил.

Декстер пропустил через нее магические потоки и стабилизировал ее состояние, потом усыпил и быстро вошел в воспоминания. Перед ней сидела на троне Эльма РоотМан.

– Бланка, доставь это письмо сама и срочно магам заката, – приказала королева, – передай его лично Голиафу, он во всем разберется.

По возвращении ее схватили и бросили в темницу, сколько она не просила, не требовала аудиенции королевы, ее никто не слышал.