За стеной

Представь его себе тщательно, в мельчайших деталях.

Колдун, недоуменно приподняв бровь, внимательно посмотрел на Сокола, очевидно намереваясь оценить, насколько эликсир Ника возымел свое действие на товарища. Однако все же закрыл глаза, всем своим видом показывая, что подключил к работе свое воображение.

– Хорошо представил?

Колдун кивнул.

– Какой он?

– Ну… он вытянутый, прозрачный, сияющий. В общем, как все кристаллы…

– Можешь сказать, сколько у него граней?

– Раз, два, три… что за хренью я занимаюсь, Сокол?

Колдун выругался и, недовольный, открыл глаза.

– Так сколько было граней у твоего кристалла? – Сокол, напротив, был крайне спокоен.

– Не знаю, я сбился. Пытался посчитать, но, видимо, моего воображения не хватило.

Колдуну все меньше и меньше нравился этот разговор. Он не понимал, чего от него добиваются. И это непонимание заставляло его нервничать.

– Ты не смог посчитать, потому что он неплоский.

Эти слова произнесла Регина. Хотя они предназначались Колдуну, она не сводила глаз с Сокола.

– Именно!

Колдун озадаченно посмотрел сначала на Сокола, затем перевел взгляд на Регину. Решив, что что-то из употребленного ими все же возымело действие, он не стал спорить с девушкой и лучшим другом вожака и просто пересел на другой конец бревна. Те же в свою очередь, понимающе переглянувшись, отпили по глотку из своих кружек.

Глава 4

1990

Весна

Третий день подряд, не переставая, лил дождь. Он потоками стекал с крыш домов, вымывая с них скопившуюся за столь долгое время пыль.

Стучал по окнам, барабанил в двери, окатывал холодной водой жителей поселения. Почва леса, окружавшего со всех сторон запечатанную зону, превратилась в подобие булькающего болота. Грязь невольно разносилась ратниками по всем помещениям, смешиваясь с невыветривающимися запахами мокрой одежды, влажной шерсти и земли.

Занятия в школе давно закончились, но выпускники не спешили расходиться. Сославшись на необходимость уборки класса, а на деле не пожелав очутиться под опротивевшим дождем, галдящая компания Павла хаотично устроилась на ученических стульях, лениво перебрасывая друг другу самодельный мяч, слепленный из скомканных листов бумаги и скотча.

– Осточертела эта погода! – раздраженно сказал Сокол и рывком перебросил мяч Колдуну. Тот, не ожидая такого резкого движения, не успел принять подачу, и бумажный комок угодил ему под левый глаз, закатившись затем под парту.