Безумный Египет

Глаза его были закрыты, густые медные волосы разметались вокруг головы, как солнечные лучи. Он был наг и прекрасен.

Баст опустилась возле него на колени. Она приложила голову к его груди.

– Сердце, – прошептала богиня. – У него бьется сердце…

Она подняла лицо, на губах ее блуждала улыбка, а из глаз струились слезы. Лилит покачала головой.

– Правда, Баст, ты, как дитя, даже не верится… – она пожала плечами. – Неужели ты так его любишь?

– Я просто очень долго его ждала, – вздохнула Баст. – Но теперь он мой…

– Как ты скроешь его от Анубиса? Он ведь благоволит смертной… – напомнила Лилит.

– Я подержу его здесь, в замке, до новолуния. Этот год особенный, впервые от создания мира и пантеона богов на землю спустится Маат. Она венчает на царство главных богов. В прошлый раз она заключила брак между Исидой и Осирисом. И в это новолуние все повторится. Только теперь рядом с ним буду стоять я. И вся грядущая вечность будет нашим медовым месяцем. Он станет моим мужем, а Исида навеки останется смертной, от перерождения к перерождению.

Лилит все еще рассматривала Осириса.

– Да, он и вправду великолепен. Он таким и был?

Баст кивнула.

– Я навеки в долгу перед тобой.

– Одно желание, Баст, всего одно. Иначе я верну палец на место и заберу твою вечность. Прощай.

И Лилит, обернувшись огромной птицей, исчезла во мраке ночи.

Баст опустилась на колени рядом с Осирисом.

– Исида, ты долго владела всем этим, – она провела рукой по его груди. – Но теперь в нем течет моя кровь… Он мой.

На небо взошла полная луна.

Прошла неделя с того дня, как Стелла обнаружила изменения, происходящие с Аменом. С каждым днем Кирилл набирался сил, к нему возвращалась и былая уверенность в себе. Растерянность исчезла, и Кирилл стал таким, каким был и раньше. Стелла была с ним кротка и молчалива. Она все никак не могла выбрать правильную линию поведения, ведь она по-прежнему была уверенна, что Амен живет в теле Кирилла. И в тайне надеялась, что он может появиться снова.

Кирилл стал настаивать, чтобы они перешли жить в пустой дом родителей. Это было логично: зачем тесниться здесь, когда в двух шагах стоит пустой шикарный особняк? Стелла отвечала что-то неопределенное, что боится оставить Андрея одного, мама задерживалась еще на неделю. Кирилл отступил на неделю, но Стелла прекрасно понимала, что вечно так длиться не может.