Я женщина

У меня очень болит голова. Сними себе проститутку – не надо меня трогать. Мы ведь не будем вместе – я завтра соберу вещи и уйду. Я уже Еву предупредила. Первое время перекантуюсь у нее! Не надо…

Он закрыл ее рот ладонью.

– Больше никогда так не говори! Я же сказал – никуда тебя не отпущу.

– Куда ты денешься – я все равно уйду.

Тогда он открыл комод и вытащил противозачаточные таблетки.

– Да, кстати. Я их сегодня и вчера не принимала. Так что могу, как ты говоришь, залететь.

– Я их выкидываю.

Иду на кухню и выкидываю. На твоих глазах.

– Тоже мне подвиг. Завтра ты купишь мне новую упаковку. Сегодня опять обманешь меня, используешь – а завтра все по новой. – Она залилась слезами. – Ты просто ненавидишь меня! Зачем ты меня мучаешь?

– Послушай меня! Я хочу, чтобы у нас был ребенок! Слышишь? Пусть у нас будет ребенок! Я не против. Ты больше не будешь пить таблетки. Если получится – родишь ребенка. Я не хочу тебя терять.

Мария молча смотрела в потолок. Потом вскочила с кровати.

Подошла к нему. Выхватила из его рук таблетки, открыла окно и выбросила. Повернулась к нему – она уже знала, что он рядом. Глеб усадил ее на подоконник и, упершись руками в стену, вошел в нее. Через несколько минут они в изнеможении опустились на коленях на пол. Она потеряла сознание – от оргазма и счастья одновременно.

Всю последующую неделю они провели в постели. Перепробовали все давно забытые позы и приемы. Не отвечали на телефон. Почти ничего не ели – иногда лишь заказывали пиццу и съедали ее тут же, в постели, сразу после еды переходя к сексу.

Нетрудно догадаться, что Марию потеряли на работе. Пытались звонить – подумали, что-то случилось. Ждали новостей.

Она появилась в офисе, когда ее уже никто не искал. Написала заявление об увольнении по собственному, когда начальница вызвала ее на разговор.

– Что случилось, Мария? Так же не делается!

– Понимаю. У меня была довольно тяжелая ситуация в семье – не хотелось бы особо распространяться…

Эх, была-не была.

– Дедушка у меня умер. Позвонить не могла – представляете, телефон потеряла. Поехала в Абай, где он жил, а там – ни домашнего телефона, ни Интернета. Ну я пока туда, пока обратно…

Никакого дедушки у Марии в помине не было – она вдохновенно врала. Тяжело было делать скорбный вид – глаза ее светились счастьем, но Мария все же убедила начальницу. Ей объявили выговор с занесением в личное дело. Не уволили. Обошлось.