Перекрестки неизбежности

Ну и поделом им всем!

Я взобралась на Базилика, оторвав беднягу от овсяного ужина, и мы поспешили вперед, по городским улицам. Удача сопутствовала мне – не проехала я и квартала, как встретила двух гвардейцев, патрулирующих данный район.

– Бренери, Ирген!– я пришпорила коня и махнула рукой сослуживцам. – Давайте за мной.

– Что случилось? – парни сразу же подъехали ко мне.

– Банда Грена нашлась. Отловим этих мерзавцев.

Быстрым галопом мы поскакали к Береговому проулку. Нужный нам дом находился в самом его конце и назывался половинным из-за того, что нижняя его часть находилась под землей, и лишь крыша да половина дома торчали наружу.

Стараясь не шуметь, мы двинулись вдоль проулка. Каждый всхрап лошади звучал для меня как удар – Грен и его дружки могли услышать нас задолго до того, как мы подойдем к их убежищу. Наконец я не выдержала и дала команду остановиться.

– Дальше пойдем пешком, иначе бандиты сразу поймут, что едут гвардейцы. Местные жители редко ездят верхом. Лошадей привяжите к забору и следуйте за мной.

Словно тени мы крались вдоль улицы. Под ногами чавкала жирная грязь – этот район был слишком беден, чтобы позволить себе каменные дороги. Сырой туман наползал с реки, как белесая простынь, влагой пропитывалось все – и волосы, и одежда. Я чувствовала, что начинаю дрожать всем телом – то ли от возбуждения, то ли от промозглого холода. Плохо. Если начнется перестрелка мне нужна будет твердая рука, а не эта влажная трясущаяся конечность, которая нервно теребила кобуру на боку.

Вот, наконец, Половинный дом – покосившийся и почерневший, окна над самой землей. Темные окна. Совершенно не похоже, что внутри кто-то есть. Неужели мой осведомитель ошибся? Или обманул? Как бы то ни было, проверить необходимо. Я подняла руку, и мои товарищи остановились. Осторожно вытащив пистоль, я на цыпочках подошла вплотную к дому. Тихо. Слишком тихо. От волнения мои пальцы словно покрылись коркой льда. Я подошла к двери и с запоздалой паникой поняла, что снова не продумала все детали.

Свет! Стоит ворваться в дом, как мы окажемся в полной темноте, в совершенно неизвестной обстановке. Уличный масляный фонарь горел настолько тускло, что едва освещал даже собственный столб, не говоря уже о том, чтобы его свет проникал внутрь дома через запорошенные многолетней пылью окна. «Нельзя отступать! Нельзя!» – мне казалось, что даже лишиться жизни будет лучше, чем явиться к капитану Фараду с очередной неудачей.