Танец с жизнью. Трактат о простых вещах

И при этом это была Платоническая любовь… Он писал мне стихи. Очень нежные и грустные…

Под громкие скрипы кровати,

В краю, где поют соловьи,

Я буду министром Печати,

Ты будешь – министром Любви.

Но сгинет идиллия быстро,

Быстрей, чем желтеет печать,

И кто-то другого министра

поставит твой сон охранять.

И в час, когда жизнь измочалит

мечты и надежды мои,

Я буду министром Печали,

Ты будешь министром Любви…

Ты будешь при гимнах и флагах,

при птицах, слетевших на юг,

И как-нибудь роясь в бумагах,

найдешь писанину мою.

И глядя на строки поэта,

как небо на листья глядит,

Ты скажешь: «Кончается лето,

Как время, однако, летит».

Грустная это была любовь – поэт и молоденькая журналистка, которой только-только открывался большой мир необычайных возможностей. Но, несмотря ни на что, он все время участвовал в моей жизни или хотя бы был в курсе моих злоключений…

Да, и еще один – Димка Кнуров. Тоже мой бывший босс.

У него я училась профессии «политтехнолог» – митинги проводить, забастовки в аэропортах и прочие массовые мероприятия. Он учил меня писать депутатские запросы и публичные речи, допускать в правильном месте нецензурное словцо и заставлять толпу обращаться к поиску великой национальной идеи. Я быстро натаскалась составлять тексты, которые пробирали аудиторию до костей, да и сама готова была рыдать, когда вытаскивала из принтера горячую отпечатанную листовку.

С ним мы гоняли по ночной Москве, пили «напалм», мешая самбуку и абсент, думали о смысле и бессмысленности бытия, танцевали под экстази, обсуждали несбыточные мечты и хоронили любовь.

Его – к какой-нибудь очередной южноафриканской фотомодели, или мою – к очередному подонку распространенного в средней полосе славянского типа.

Мы не были любовниками, хотя провели много ночей напролет вдвоем. Мы пили виски, курили, обсуждали его очередной любовный нокаут и мою отправленную в шредер страсть… И опять пили виски со льдом.

У нас был общий друг Кир. Или Кирилл. Известнейший журналист Кирилл Дамаданов. Когда мы собирались втроем, мы входили в резонанс со всей Вселенной, вернее, с самыми разрушительными ее силами.

Пару лет назад, в феврале, когда Димка вернулся из Непала, мы решили произвести ритуал воскурения благовоний у подножия статуи Шивы. В роли статуи – сувенирный формат индусского бога Шивы, не больше ладони.