Грань

Таня, еще больше смутилась от неожиданно равнодушного тона графа, потому как ожидала увидеть в его глазах радость, счастье, любовь – все что угодно, но только не безразличие к происходящему и к ней в частности.

– Открой шкатулку, – попросил Константин. Таня покорно открыла ее, и восхищенно ахнула – шикарное колье и серьги, искря отблесками изумрудов, радовали глаз и притупляли чувство обиды. Служанка помогла надеть Тане подарок, после чего девушка робко поблагодарила Константина. Затем, гости вышли из дома, для того, чтобы отец по традиции благословил молодоженов.

В то время, когда приданое Тани укладывалось в повозку, она, улучив момент, робко спросила будущего супруга:

– Константин, разрешите мне взять с собой мою любимую собачку Лайку, я к ней очень привыкла и мне трудно будет оставить ее здесь.

Щеки Константина заалели, еле сдерживая чувство негодования, дабы не омрачать торжества, он сказал:

-Арина, я не люблю собак, но ради тебя, обещаю, что в самое ближайшее время мы приедем навестить твоего отца и заберем ее домой, – сказал он, и резко развернувшись вышел.

Спускаясь по лестнице навстречу ликующей толпе, Таня краем уха услышала, как Константин шепотом сказал барину:

– В следующий раз, когда мы приедем вас навестить, уважаемый Николай Иванович, собаки не будет, понятно?

Таня обернулась, чтобы возразить, ища поддержки в лице барина, но тот лишь довольно ухмылялся.

– Вы не посмеете так поступить, – в отчаянии воскликнула Таня, глядя в глаза Константину, – Я искренне привязалась к этому беспомощному существу, прошу вас, разрешите мне взять собаку с собой, – по щекам девушки текли слезы.

Константин, потеряв над собой контроль, встряхнул Таню за плечи, и сквозь зубы прорычал:

– Моя жена должна быть покорной, и не имеет права перечить мне! Я сказал, что не люблю собак, и старался не омрачать сегодняшнего торжества, но ты имела наглость подслушать наш с барином разговор, за это я преподам тебе первый урок покорности.

Николай Иванович, вы дурно воспитали свою дочь, поэтому немедленно, как только мы уедем, распорядитесь избавиться от проклятой шавки, которая стала причиной раздора между мной и моей женой!

Все, кто стал невольным свидетелем этого разговора, были ошеломлены жестокостью графа.

Таню усадили в карету, и экипаж тронулся. Обернувшись, девушка увидела позади своих родных, сердце нестерпимо обожгло  болью.