Мантры, подслушанные Тинкл. Книга 1

Помню, что, схватив телефон, я быстро набрала ему короткое сообщение. Парочкой предложений я оповестила о том, что мы всё-таки прибыли в Хампи и я очень по нему скучаю.

Стало ощутимо легче, и я, выдохнув, пошла принять душ.

А когда вернулась, увидела, что Маринка тихо посапывает прямо в одежде на нашей перине. И готова поклясться, что снились ей сладкие сны о том, как они с Сергеем прогуливаются босыми ногами по берегу гоанского побережья…

Нас разбудил громкий стук в дверь и звонкий, довольно бодрый голос Светланы:

– Девочки, встаём! Собираемся дальше в путь!

За дверью нашего номера уже поднималась та самая удушающая индийская жара, которая бывает в это время года, как только стрелки часов приближаются к часу дня.

Солнце стояло высоко и с этого расстояния отлично обдавало всю землю порциями зноя. Но, немного поспав, мы всё-таки почувствовали заряд бодрости и сил. К тому же новое интересное место манило нас и идти на поиски древних артефактов весьма хотелось.

Несколько человек уже рассказывали мне о Хампи ранее. Говорили, что место достаточно неоднозначное. На территории этих земель строго запрещалось употреблять алкоголь, есть мясо и, конечно же, употреблять наркотические препараты, кои в том же Гоа были как бы условно не возбранены. Ежегодно миллионы туристов приезжали в Хампи, чтобы прочувствовать особые энергии, обитающие здесь. Особенно много мне рассказывали о горе Ханумана – обезьяньего бога, который почитался в Индии.

«А вдруг нам откроются какие-то особенные тайны этой земли?» – думала тогда я и мечтательно вздыхала.

Спешно одевшись и подправив макияж, которым я тогда ещё упоительно занималась, приученная ко всяким женским штучкам на работе в крупной компании, я вышла из нашей комнаты и увидела в открытом коридоре несколько наших ребят, уже ожидавших отправления автобуса.

Несмотря на то что в поездке я оказалась целиком и полностью в социуме, вся окутанная постоянными беседами и сплетнями, всё дно моего подсознания постепенно устилалось мыслями об Игоре.

Они шли параллельно с моими естественными автоматическими внутренними разговорами о том, что мне надо, например, сделать или куда-то пойти. Как будто это была басовая партия моей жизни. Пока необязательная, но так сильно меняющая всю мелодию. Она создавала яркую подушку всеобщих переживаний. Вирус влюблённости в Игоря захватывал и распространялся по моему телу постепенно.