Изумрудная песнь

Ведь не стоило? Теперь эльфийка уже не была в этом уверена, но правда состояла в том, что она сама боялась думать, что возвращаться в деревню им обоим было уже слишком поздно.

Что-то изменилось на берегу после того, как она отвлеклась на подругу. Эльф теперь стоял на коленях, неловко пятясь от медленно наступавшего на него великана. Он что-то причитал и непрестанно падал ниц перед ним, явно умоляя о пощаде. И на мгновение Нерандиль показалось, что он получит её, ведь великан склонился к нему и, словно благословляя, обхватил руками его голову.

Но короткий и оглушительный щелчок, переломивший эльфу шею окончательно решил дело.

Тем временем орк, убивший Йейри, ногой подтолкнул тело несчастного к реке и теперь наблюдал, как быстрый поток уносит его, любовно вытирая лезвие своего ножа красным платком, раньше принадлежавшем бедняге. А остальные… не найдя их на пляже, Нера почувствовала, как страх до боли впился иглами в каждую клеточку её тела, и те завибрировали от предчувствия страшной опасности.

Наложив стрелу на тетиву, да на всякий случай взяв в руку ещё две, как учил её наставник, Нерандиль медленно попятилась назад. Почти не дыша, чтобы ни одному звуку не удалось укрыться от неё. Но тишина вокруг и так не была полной – бурвадеги были слишком самонадеянными противниками для тех, кто не знает лес как родную колыбель. Их специфический запах донёсся до эльфийки практически сразу, позволив определить направление и прицелиться.

Удары собственного сердца будто отсчитывали для неё секунды до момента столкновения с опасностью, пока впереди не хрустнула ветка, закончив эту напряжённую пытку.

Нера выдохнула и пустила стрелу, не просто услышав, а практически почувствовав, как та с мерзким звуком прошила плоть. Один из орков упал замертво, навалившись на сухой куст терновника с жутким треском ломая ветки. Другой, крадущийся за ним следом, больше не стал таиться.

Выхватив короткий топорик из-за пазухи, он с воплем кинулся к ней, сметая всё на своём пути. Казалось бы, мишень – проще некуда! Но ни первая, ни вторая стрела, выпущенная в бурвадега в упор, не достигла цели. От первой этот здоровенный грузный зверь отмахнулся, словно от назойливой мухи, а вторую отбил металлическим наручем, с лязгом погнувшегося от удара наконечника, отправив её куда-то в кусты.