Попаданка, или Счастье за полставки

Дипломный руководитель стоит на коленях, умоляя простить его за то, что перед самой сдачей вернул мне работу с правками, лишив несчастную меня не только выходных, но и вообще здорового сна. Еще батя наверно развязался с горя и опять горькую пьет… Ух нет! Чур меня! Не надо мне такого счастья, нужно выбираться отсюда, да поскорее!

Вот только как? Еще этот викинг думать мешает – дышит, как маньяк и смотрит так пристально, будто если он отвернется я тут же сбегу или меня умыкнет кто. Хоть бы и тот жуткий тип, которым он меня все стращает… как бишь его там, Ка’эрдон? Ох и имечко ему мама с папой придумали… мало того, что с апострофом, так еще и рифмуется не очень хорошо.

То-то он злой такой! Вот, как пить дать, детство у бедолаги было тяжелое.

На мое счастье очень скоро к нам под полог заглянул юный слуга пресветлого князя, с извинениями сообщив, что, цитирую: «со стороны приграничных земель надвигается буря и надо отправляться немедленно, если мы хотим достигнуть замка, прежде чем она нас накроет».

Пресветлый князь вдруг очень потемнел – нахмурился, насупился, весь подобрался и нервно схватился за рукоять меча.

После чего, все с тем же суровым выражением лица, чмокнул меня в тыльную сторону ладони и извинился за то, что «несмотря на мое состояние» отдых придется отложить.

Покинув полог, я окончательно поверила в то, что я ни в какой не в коме, а как есть в другом мире. Потому что мне в жизни фантазии бы не хватило такого вокруг напридумывать!

Нет, дело было не в дюжине вооруженных людей, одетых, как для исторической реконструкции, спешно паковавших лагерь – уж это любой себе на раз нафантазирует.

А вот то, что в мире вокруг одновременно может быть день и ночь – нет.

С холма, на котором располагалась рощица, открывался прекрасный вид на бескрайнее разнотравное поле на востоке, где над горизонтом всходило солнце и на горы, покрытые тьмой и призрачным лунным светом на западе.

Нарушая все законы физики, миры ночи и дня сходились, образуя широкую полосу светлых сумерек, а прямо посреди нее вдали высился невероятных размеров замок с двумя противостоящими башнями.

Даже отсюда было прекрасно видно, что творение местных архитекторов находилось в запустении. Ни в одном из тысячи тысяч окон не горел свет, в мощной стене с нашей стороны зиял огромный провал, да и в целом очертания этого гигантского строения наводили на печальные мысли о случившейся у его стен грандиозной битве.

Большая теплая ладонь бережно коснулась моего плеча.