В его власти

"Все мы люди и только потом командиры и подчиненные. Для мужчины нет лучшей разрядки, чем постель с согревшей ее женщиной. Ну, а если нет такой, начинаешь искать иной способ выпустить пар. Смотри, командующий, однажды можно ведь и до смерти забить кого—то за не по форме застегнутый ремень."

И все же До Готт до последнего отказывался от назначения ему цифии, ведь это лишняя трата времени и сил – содержание женщины на боевом корабле, думал он.

Во—первых – размещение.

Нет, разумеется, как командующий он занимал целый сектор, фактически состоящий из пяти кают – но, как человек непривыкший к роскоши, едва приняв назначение, отказался от сей привилегии в пользу практичности, разместив в просторном отсеке ближний круг офицеров.

Во—вторых – ответственность. Поскольку цифия находятся в непосредственной близости к своему владетелю, за все ее действия отвечает тоже он. Что, если вспомнить историю с Каэрой, принадлежавшей командующему Са Ваггу – может иметь весьма плачевные последствия.

Женщина совершившая едва ли не самое дерзкое и почти удавшееся покушение на Императора, не просто разрушила карьеру Са Вагга, а привела к краху всю его семью, включая младших братьев и даже племянников.

До Готту удалось избежать наделения этой привилегией после победы на Марионе и даже после битвы за станцию Кеплер—12! Он ушел бы от неудобного вопроса и теперь, если бы господин Мон Атто не уговорил его «по крайней мере взглянуть на то, от чего он отказывается».

Подарком была хрупкая, тонкая девушка с копной волос невероятного цвета – ее длинные ресницы были очерчены четко и слегка подрагивали, пока их обладательница находилась в искусственном сне. Яркие аккуратные губы, которые смотрелись по—детски невинно из—за того, что верхняя была слегка больше нижней, мягкая линия подбородка и высокие скулы… Она лежала обнаженной на металлическом столе и ему сказали, что если он не примет положительное решение, то ее придется утилизировать, потому что карезийка не представляет фактической ценности.

До Готт почти отказался, но вдруг сам с удивлением осознал, что сомневается.

«Если ты сомневаешься в своем выборе, значит ты на самом деле уже выбрал» – так, кажется звучит та пословица.

И это действительно было так.