Трофейная жена для лорда-дракона

Иначе это и не назовёшь!

Куклы стали восприниматься живыми людьми, картонный замок словно обрёл объём, а голос шута-рассказчика превратился во внутренний монолог, творящий историю прямо на глазах… Или скорее приоткрывающий завесу над прошлым?

В представлении мало говорилось о том, как мятежный лорд Эйн Дэйн сверг последнего драконьего короля – Балестиана Невезучего. Всё внимание рассказчика концентрировалось на его младшем сыне Фэррике Дэйне, который родился самым слабым из всех пяти сыновей Эйна.

Но оказался самым хитрым и расчётливым. Когда после смерти Эйна старшие братья вздумали устроить между собой грызню за трон, он остался в стороне.

– Люди страдали, и стар и млад. И каждый бы смерти всех Дэйнов был рад! Уж лучше без них, чем с ихней грызнёй, что рвёт королевство на части. Что мир превращает в войну и разбой! Что смерть в дом пускает, как здрасте…

Фэррик Дэйн выжидал, когда позиции всех братьев ослабнут, и копил силы, каждому втайне обещая поддержать именно его притязания на трон.

Но в самый ответственный момент не поддержал никого, вступив в битву на своей стороне.

И его победа была бы полной, если бы не случилась беда.

Его жена Одея с маленькой дочерью, оказавшиеся в королевском дворце в разгар мятежа не успела спрятаться там, где это было условлено. Младшая дочь Фэррика сбежала от матери и та, бросившись её искать, в разгар боя оказалась во внутреннем дворе дворца.

Единственное место, где женщина с ребёнком могли укрыться, был храм Негасимого Пламени, построенный Овейном Чёрным Ужасом, основателем драконьей династии. Но вот беда, согласно правилам, заведённым самим Овейном, туда никогда, ни при каких условиях не должна была ступить нога женщины.

Причиной такому запрету было пророчество, сделанное самим Овейном о том, что в день, когда женщина пересечёт порог Чёрного храма Негасимого Пламени, его стены развалятся и погребут под собой королевский трон, лишив короля наследников и загубив его род.

Потому единственный служитель храма отказал Одее, чем обрёк на гибель её и младшую дочь будущего короля.

Король Фэррик не простил жрецу такого поступка и, едва заняв трон, велел до основания снести храм.