Баронесса, которой не было

 – Сколько тебе лет?

– Семнадцать, – робко ответила Тали.

От такой новости у нее едва не подкосились ноги. Попала, нечего сказать! Из огня да в полымя.

– А по виду не скажешь. Грамоте обучен?

– Умею читать, писать, ваша светлость. Владею мечом… немного. – При последних словах герцог снова скривился.

– Звать как?

– Верт.

– На подвиги потянуло, Верт? Дома не сидится? Мать-то как отпустила такого?

– Сирота, ваша светлость. Желаю служить родине, – голос от страха сделался тонким, почти детским.

Службу родине она представляла себе иначе. Вышивать вместе с другими юными патриотками платки или кошели для солдат, писать незнакомым офицерам трогательные воодушевляющие письма, навещать раненых в госпитале. Этим, пожалуй, ее патриотическое рвение и исчерпывалось.

– Служить родине можно и в тылу, – подтвердил мысли девушки герцог. – Но юность жаждет подвига. Славы. Вот только война – это прежде всего вши, кровавый понос и гнойные раны. Сотни новобранцев погибают в первом же бою, и лишь единицы обретают вожделенную славу, чаще всего посмертно.

Что тут скажешь, война плодит романтиков. Восторженные мальчишки рвутся на поиски геройской смерти. И это только начало, – обратился к офицерам герцог. – Скоро костями таких вот патриотов будут усеяны все поля в устьях Эброльи. Ни силы, ни выучки. Да и ума… Ладно, просьбу барона уважу. Будешь вестовым, – сказал он Тали, – а там посмотрим. Как раз есть сообщение для барона. К нему и отправишься, благо лагерь его недалеко от поместья д’Варро. Да ты и сам знаешь. Может, он одумается и отправит тебя обратно в тыл. А нет, так вернешься, продолжишь родине служить.

Из шатра девушку вывел младший офицер, отдал приказ солдату. Тали забрала свой меч и в сопровождении солдата последовала в палатку вестовых, ведя за собой лошадь.

В палатке, рассчитанной на четверых, находились двое немолодых воинов. Перекинувшись с ними парой фраз, Тали расстелила на земляном полу то, что должно было служить постелью, и легла, положив под голову сумку.

После нескольких дней верхом ныло все тело. Непривычные к подобным испытаниям мышцы отзывались саднящей болью на каждое движение. А впереди еще путь до лагеря барона.

Направляясь в ставку герцога, Тали не подумала, что отец тоже окажется на границе. Хотя где еще ему быть в такое время? До недавних пор она вообще не интересовалась политикой. О возможности нападения белоярцев слышала краем уха, но не воспринимала это всерьез.