Осколки мёртвого мира

Потому ты и…

Не желая ничего слышать, поднимаю руку.

– Я бы и один справился. Просто это первый раз…

– Да-да… По-прежнему стараешься справиться со всеми трудностями сам. Раньше наблюдать за этим было весело, но не сейчас. Ты рискуешь жизнью, Сатура. Ангелы утратили гордость, поэтому против них она неуместна. Я помогу тебе. Ведь я такой же…

Вынув из-за ворота туники короткую цепь, красноглазый показывает мне четыре блестящих золотом осколка.

– Ах вы, животные… – ангел приподнимается, – эти осколки…

– Вот видишь, теперь он будет охотиться за мной, если ты пропустишь его.

Лидер оборотней подмигивает мне и бросается в бой. Вскинув обе руки с книгами, недовольно прикусываю губу.

Когда мы разошлись, я думал, что не хочу иметь с ними ничего общего. Мне не было завидно, не хотелось и сравниться с ними, не было даже ненависти. Разве что разочарование. Я был настолько потерян и не знал, что делать, что позволил скверне и дурным мыслям захватить себя. Я просто отдался ей без остатка, но винил всегда в этом именно их.

Потому и избегал. Считал себя недостойным, тенью, решившей заглянуть на праздник огней. Но что бы я не думал, наша связь не исчезнет.

– Курай, продержись немного без меня.

– Что-о? – ужасается лис. – Ты шутишь?!

– Нори, Цуми, готовьтесь.

«Как прикажешь, господин!»

«Да, хозяин!»

Я бормочу заклинание, попутно наблюдая за ловкими движениями лиса.

Они так быстры, что я едва успеваю за ними следить. Прыжок, приседание, отскок, поворот, обманный манёвр, кувырок, стойка на руке, перехват.

Все движения разнообразные и предугадать их невозможно. В мастерстве оборотня можно не сомневаться. Ангелу остаётся только махать когтями и яростно разжигая пламя. Лис отгоняет его взмахами хвоста.

«Господин, теряешь контроль, сосредоточься».

Закрыв глаза, я представляю слияние двух книг. Самые мощные заклинания маги используют вместе с фамильярами. Так они усиливают и прибавляют обычным заклинаниям свойства, которые не предугадать. В данном случае я мог бы не прибегать к таким мерам, но ставлю на то, что духам под силу навредить ангелу.

«Кровь у нас у всех одинаковая!»

Сплести различные иероглифы в две строки… Придать форму… И произнести…

– Кошмарный вестник!

Страницы шелестят и из них вылетает по одной стреле, соединяющихся в маленькую птицу, стремительно впивающуюся в тело ангела. Отшатнувшись, Шаки поднимает голову к небу. Пламя его глаз сменяется строками заклинания.

– Что ты сделал, Сатура?..