Осколки мёртвого мира

Прижав уши, понуро отвечаю, словно щенок, а не гордый волк:

– Я не мог отказать лидеру… Я беспокоюсь… Надеюсь, всё обойдётся…

– Курай юн и неопытен. Неудивительно, что его не признают. И потеря одного уха здесь не причём. Он слишком амбициозен и ярок, ведёт себя как мальчишка. После поражения все только убедились, что он не подходит на роль лидера. Однако мы свои места и не выбирали. Мы сражаемся с ангелами в одиночку, а они только и умеют, что осуждать. Сегодня они поймут… насколько велика и ужасна сила ангелов.

В следующий раз не бросай Курая одного.

Развернувшись, глава растворяется в темноте. Удивлённо и подавленно взглянув на пустую дорожку, я сжимаю кулаки.

– Да. Благодарю за волнение о лидере, Отори Кураса.

Собрание двухлетней давности всплывает в памяти, словно наяву. Гневные крики и протянутые руки, движущаяся толпа, свет огня и помост, на котором стоит Курай. Я никогда не забуду его лицо. Он выжил в сражении с ангелом и вернулся с тяжёлой раной, но встретили его лишь обвинения и позор.

Стоя перед подчинёнными, он едва сдерживал слёзы. Не забыть и опущенное дрожащее ухо, поджатые губы, покрасневшее от стыда лицо, окровавленной повязки, сжатые на порванной одежде пальцы.

Тогда ему было около двадцати… Такой молодой оборотень. Его назначали лидером клана всего в тринадцать лет. Сначала он ничуть не переживал и бодро осваивал новую роль, ответственно наблюдал за кланом и искал часы. В его глазах горело пламя.

Он сам был живым огнём и символом свободы. Наблюдая за ним, мне казалось, что я снова волчонок, который может всё. И даже после нападения ангела он смеялся, как ни в чём ни бывало. Но то собрание сломило его. Сломило бы волю любого.

Проведя рукой по лицу, я не могу найти себе места. Становится так тревожно, что хочется всё бросить и вернуться. Но не могу. Зная, как он переживал, я не хочу давать ему повода вспоминать.

После того случая, Курай выглядел подавленным и редко выходил из личных комнат.

Лишь по-прежнему выполнял свои обязанности. Рана затягивалась долго. Я думал, что он не выдержит и откажется от титула правителя. За два года он ни разу не становился лисом, боясь окружающих взглядов. Боясь самого себя. Я даже не могу представить его боль. Он до сих пор боится это сделать.

– Ты ведь заместитель лидера, правая лапа Хигуро Курая? – подаёт голос парнишка и выжидающе смотрит на меня.