Повелители Снов. Демид

Поэтому с надеждой в голосе выдала желаемое предположение. А вдруг? – Мотоциклы?

– Нет.

– Машины?

Демид отрицательно покачал головой.

– А на чем вы тут передвигаетесь?

– Ногами.

– Ясно. А если до цели топать пару дней?

– Значит, пару дней топаешь своими ногами.

– Мда, завидный прогресс, ничего не скажешь.

– Уж какой есть.

– А я-то думала прокатить тебя на мотоцикле.

– Не выйдет, можешь забыть про свой мотоцикл!

Жестоко, но как есть.

Единственное, что в этом парне я не могла не уважать, так это прямоту.

Он говорил всегда все, как есть.

– Ладно, значит, буду бегать по крышам, все какая-то тренировка.

– Я пока не давал тебе разрешения.

– А я тебя и не спрашивала. Большую часть времени твои строения стоят без надобности, так что я тебе не помешаю. Не думаю, что смогу что-то там сломать, разве что себе шею, но, то не велика потеря, так ведь?

– Совершенно верно, лучше и не скажешь!

– Вот и я так думаю, значит, могу заниматься в любое время, пока тебя там не будет.

Обещаю, навязываться в ученики не стану.

– Тогда ладно.

– Спасибо.

Войдя в дом, мы разошлись по разным комнатам.

Как только дверь за спиной неслышно стукнулась о раму, я с трудом опустилась на пол. Болело все тело, словно его переехало бульдозером. От удара о стену точно треснуло несколько ребер, потому было больно глубоко дышать. Но, судя по всему, жизненным функциям это не мешало. Руки болели и напоминали одну большую ссадину, так как до локтя на них не было ни одного живого сантиметра.

Ссадины, царапины, синяки и опять неглубокие ранки. Крови не было, а вот боль была. Как странно.

Болел кулак от удара по железобетонной физиономии Демида. Но оно того стоило. Моя внутренняя оскорбленная сущность выместила обиду, удар получился что надо, а значит теперь можно больше не обижаться. Какой толк, себе дороже выйдет.

Кое-как забравшись в ванную, уселась на дно, поливая себя теплой водой.

С каждой минутой тело расслаблялось, и с этим восхитительным чувством пришла одна мысль: хорошо, что я раздражаю парня. Да, да, именно так! Просто чудесно, что вызываю в нем только раздражение. Значит, я ему не интересна в физическом смысле, и нет надобности ко мне приставать. От этого сделалось спокойно. А ведь поначалу эта мысль не раз посещала взбудораженный новым образом жизни мозг. Пожалуй, раздражение и злость очень хорошие защитники моей чести.