Шах и Мат

Казалось, сборы на войну сами утвердили её в этой жизни, которая теперь не казалась такой сложной и трагичной. Она еле удержалась от соблазна, чтобы не сделать себе боевой раскрас, как не раз видела в различных боевиках, но вовремя остановилась, решив, что это уже слишком.

Может в следующий раз.

Выйдя на улицу и нажав кнопку на брелоке сигнализации от машины, всё её воинственное настроение безвозвратно испарилось. Она не услышала отклика машины.

«Угнали!» – первое, что пришло ей в голову.

Беда никогда не приходит одна.

Она стояла несколько минут с опущенными руками и лихорадочно соображала, что делать дальше. Мир опять рушился, но уже не с такой силой, как днём. Посмотрев на небо, она мысленно прокричала вопрос:

«И что я сделала не так, на этот раз? А!?»

Она достала из сумочки телефон, чтобы позвонить в полицию и заявить о пропаже, как на табло высветился телефон, звонившего ей Макса. Вздохнув, она сняла трубку.

– Алло! – обречённо выдохнула Кира, готовая расплакаться.

– Привет! Всё вздыхаешь? – голос друга таил в себе жалость, которую Кира не терпела по отношению к себе.

– Слушай, Макс, у меня машину угнали! – выпалила она и у неё опять полились слёзы, хотя казалось их совсем уже не осталось. Жалость к себе захлестнула с новой силой.

– Хорошее у тебя окончание вечера! Я тут, чего звоню-то… вышел значит я на улицу, смотрю, стоит… – загадочно произнёс друг.

– Кто?

– Сначала, подумал, что ты? – продолжил он, полностью проигнорировав вопрос Киры. – Подошёл ближе, смотрю… нет никого за рулём, вот решил позвонить.

– Боже, Макс! Что? Машина у работы? – облегчённо закричала в трубку Кира.

– Ну, да.

Услышав это, она сразу вспомнила, что была так сильно расстроена, что пошла пешком, забыв о своём автомобиле, который жалобно смотрел ей в след, когда она уходила. Видимо, в тот момент, ей было так плохо, что ничего не существовало в мире, кроме её собственного горя.

– Вот, дура! «Блондинка» одним словом, сейчас буду! – выругалась Кира и повесила трубку.

    04.02.2017 г. Оленичева О. Ю.

Глава 9

На улице по-прежнему мела метель, застилая землю девственно белым покрывалом. В свете фонарей пока ещё чистый снег играл своим неповторимым мерцанием. Казалось, что пушистое и тёплое одеяло легло на землю, чтобы согреть её. Словно множество сверкающих душ покрыли землю, чтобы дать ей отдохнуть и набраться сил. Они как будто ласкали её своей заботой и любовью, полностью отдаваясь своему делу.