Маркиза роддома №5

Несколько раз вместе с матерью навещали её сестру, Машу, тётку Лики. Ухоженная женщина средних лет не была приветлива. Но соглашалась показать, в какой стороне находится рынок. Но скоро даже такие поездки прекратились. Мать постоянно «следила» за отцом. Хотя сестре звонила регулярно. Жаловалась на «жадного упыря» и наглую Лику, которая не желала вкладываться в семейный бюджет. Сама она работала в крохотном деревенском детском саду, помощником воспитателя.

– Чуть отвернёшься, он уже выпивает, гад ползучий, – жаловалась она сестре, брезгливо морщась при виде валяющегося без памяти отца, – Лика, тащи в дом, пока не очухался и за новой чекушкой не погнал.

И ведь находит всегда гроши на пойло!

Лика пожимала плечами. А чего их находить? Будто мать сама не знает, что отец, по горячей сетке выйдя на пенсию в пятьдесят лет, заботливо ныкает от жены деньги. Причём так ловко, что даже почтальон не всегда соображает, куда девается часть пасьянса из купюр, которые только что передал пенсионеру.

Мелкие купюры можно было найти везде – под поилкой для свиней, камушком под забором, молочным ведром… Супруги играли в увлекательную игру «Как сохранить нычку и постепенно её пропивать» долгие годы, и это им никогда не надоедало. Зато до смерти надоела Лике.

Пыльная дорога лениво обтекала небольшую деревеньку под Екатеринбургом. Лика мрачно плюхнула сумку на сломанную скамейку, державшуюся из последних сил на трёх ножках. И осмотрела родные места.

Зелёные деревья, июльская жара… Так и подмывало забыть о неприятностях, и нырнуть в речку.

А потом прийти домой и лечь в свою продавленную, но такую привычную кровать. Насмешки отца стерпит, не впервой. Да может он уже и спать лёг.

Вот и автобус подъехал. Ещё был выбор, куда шагнуть – обратно в сторону дома. Или в большой пугающий город.

Девушка решительно двинулась в автобус. Сначала попробует остановиться у тётки. Куда идти – она помнила – дом сестры матери находился недалеко от автобусной станции.

Но вот пустит ли её полузнакомая родственница – ещё большой вопрос.

Всего час тряски по просёлочным дорогам – и вот автобус уже стоит на конечной станции. Нужно выходить. И идти, нога за ногу, до дома тётки.

Пока шла, сочиняла разные приветствия для родственницы. Которые все выпали из памяти, едва она увидела на пороге тётю Машу. Та как раз собиралась куда-то уходить, и племяннице не обрадовалась, смерив её недоумённым взглядом.