Медиум. Явлинка

– Кто обучал тебя?

– Никто, в нашей деревне нет школы. Лекарь Маим давал мне разные книги, и я сама научилась читать.

– Как давно ты проявилась, медиум?

Ивири непонимающе смотрела на него. Похожие вопросы задавала ей Тия, только сейчас колебаний не было – Ивири вдруг остро почувствовала, что должна сказать все – выложить все свои сомнения и догадки. Что-то тянуло из нее правду. Он тянул из нее правду.

– Я, правда, не понимаю… К нам в деревню пришел медведь, и я смогла понять, что он не опасен, даже наоборот… И еще я чувствовала, что кот голодный… – Она торопилась и говорила сбивчиво, едва сдерживаясь, чтобы не расплакаться от страха и отчаяния.

 – Так, как вроде бы была у него в голове. И верна Лана сказала не пускать меня к животным… И еще, я чувствую, когда вы смотрите на меня… И человек на улице в красном плаще тоже так смотрел. Но это все! Я не делала ничего плохого, я не ведьма, это ошибка! И вы же знаете, что я говорю правду!

Он знал, Ивири была уверена в этом. Человек поднял вверх правую руку, и она умолкла.

– Я верю тебе. Подойди ближе.

Девушка так поторопилась, что чуть не рухнула перед ним на колени, споткнувшись. Она остановилась на расстоянии вытянутой руки, не смея отвести взгляда.

– Кто твои родители?

– Я не знаю. Меня маленькой нашли в ущелье Ашрум и приютили у себя местные рыбаки. С ними я и выросла.

– Сколько тебе лет?

Этот вопрос прозвучал чуть резче или ей показалось?

– Семнадцать.

Человек моргнул и вдруг наклонился к Ивири, словно пытаясь что-то разглядеть у нее на лбу.

От страха она отвела взгляд.

– Смотри мне в глаза!

Ивири подчинилась. Холодный воздух прошел сквозь нее несколько раз. От силы этого взгляда девушка даже пошатнулась.

– Ты голодна. Сядь поешь, – вдруг сказал он, резко отстранившись, отвернулся и быстрым шагом отошел обратно к окну, уставившись на горные хребты.

Не зная, чего ожидать в следующие минуты своей жизни, Ивири не заставила просить себя дважды, бросилась к столу и сунула в рот сдобную булку.

Глотая впопыхах и не жуя, она, к величайшему своему стыду, подавилась, закашлялась, не в силах проглотить огромный кусок, и сделала глоток из ближайшего кубка. Обжигающая жидкость хлынула в желудок. У нее на глаза навернулись слезы, и девушка закашлялась еще сильнее, обхватив обеими руками свое горло. Это был яд!

Он обернулся, удивленно приподняв брови, подошел к столу, отлил из кувшина в кубок прозрачной жидкости и подал его Ивири.