Обнаженная правда о мужчинах

Это был сговор с самого начала. Меня охватила дикая истерика и паника, понимая, что сейчас произойдет. Я попыталась вырваться из бани, но не смогла. Я заплакала и стала умолять его меня не трогать, но этому подонку было все равно. Он был похож на жирного пупса с противной обвисающей кожей.

Он схватил меня и даже почти не раздел, моментально стянул штаны и навис надо мной. С него тек пот прямо мне на лицо, он давил всем своим весом на меня, чтобы не сопротивлялась. Я чувствовала унижение, агрессию, боль, но была не в силах его сдвинуть.

Мое состояние по-прежнему было очень размазанным и пьяным, и я не понимала, как могла так опьянеть с одного бокала вина.

Слава богу, он закончил не в меня, ведь он даже не надел презерватив. У меня наступило облегчение. Этот подонок вышел из бани весь потный, с одышкой. Пустота душевная неописуемая. Как будто то, что меня всю жизнь поддерживало, забрали, растоптали, унизили, сожгли мою душу. Ту волю, то чувство к жизни и в том числе любовь к себе. Я незамедлительно оделась.

Через пять минут решилась выйти. Тишину пронзил скрип деревянных досок под моими тяжелыми измученными шагами. Этот жирный урод стоял довольный и ухмылялся. Остальные не смели поднять глаз. Мне так хотелось ему отомстить за то, что он со мной сделал. К тому же я боялась, что на этом издевательства не закончатся. Я сказала первое, что пришло в голову. Громко, чтобы все слышали:

– Зря не предохранялся, придурок! Я болею сифилисом и СПИДом! И ты скоро сдохнешь, ведь это не лечится!

Произнесла я это, видимо, очень убедительно, так как ухмылка мгновенно сошла с его красного лица и сменилась паникой.

Затем я подошла к Ване, уставилась на него опустошенными зареванными глазами и спросила:

– Почему ты меня не защитил? Почему ты позволил так со мной обращаться?

– Я не могу ему сопротивляться, – замямлил он, – я же его слабее.

Я не могла поверить своим ушам.

Он посадил меня на мотоцикл и отвез домой. У дома он мне все рассказал. В бокале вина был клофелин, и он предназначался моей подруге.

Помните, по иронии судьбы мы с подружкой случайно поменялись местами? Обидное чувство. Но, как ни странно, чувствовать мне уже было нечем. Для меня эти слова были пустыми, словно эхо.

Проснувшись на следующий день, я поняла, что взрослая жизнь очень жестокая, но меня было не сломить. Мы пошли с подружкой в деревенский магазин за продуктами и сигаретами. По дороге я ей все рассказала, очень горько ревела, но говорила, что я сильная и справлюсь.